История бойца-барьера

Пришлось очень кратко рассказать о моих приключениях и разговоре со стражем в стазисе. После чего мы ещё минут пятнадцать ехали в полном молчании. Я корил себя за то, что пришлось рассказывать всё друзьям в такой ситуации, а им, скорее всего, просто нечего было мне сказать.

Автомобиль резко остановился, нас вывели, и, не снимая мешков, построили рядом с ним. За размышлениями, я не обратил внимания, как мы попали в замкнутое пространство, но мы точно были внутри какого-то помещения, поскольку я не ощущал привычного ветерка, да и звуки вокруг были скорее искусственного происхождения.

– Приехали. Сергей, Михаил, Лидия. Думаю, не лишним будет предупредить вас о том, что данный момент – последний, на котором есть возможность повернуть назад. Михаил и Лидия, пути назад не будет. Сергею, к сожалению, я такого варианта предложить не могу.

Не смотря на какой-то перманентный шум в помещении, громкий голос Ли отозвался гулким эхом – судя по всему, мы находились в каком-то огромном зале или ангаре.

Миша пробурчал из-под мешка какое-то ругательство, а затем чётко сказал.

– Готов к любым последствиям. Валяйте.

Лида сразу же после него дала и своё согласие.

– Снимайте уже мешок. Мы не для того сюда ехали.

Дэшэн подошёл ближе и осторожно снял с каждого из нас мешок. Мы находились в громадном помещении, еле освещённом дневным светом, падающим через небольшие щели возле потолка. Солнечный свет был слишком тусклым, чтобы можно было понять размеры помещения и его содержимое, но само расстояние до окон позволяло оценить высоту – около двадцати метров.

Миша не удержался от замечания.

– Пещера бэтмена какая-то.

По всей площади помещения горели огоньки оборудования и компьютеров, который моргали, пищали, печатали в темноте. Было темно, но во мраке мы видели людей в белых халатах, ходивших между оборудованием. Каждый был занят каким-то делом. На нас внимания никто не обращал.

– Свет, пожалуйста.

По всему периметру ангара резко вспыхнули лампы солнечного света.

Свет поначалу показался таким ярким, что все сощурились. Привыкнув к свету, я приоткрыл глаза. Картина, которая предстала предо мной была в высшей степени поразительна. Лида была полностью согласна с моим суждением и не смогла сдержать своего комментария.

– Слишком много потрясений за один день.

В центре зала почти до потолка возвышался обелиск. Он был окружён огромным количеством лесов и подмостков, примыкавших вплотную к его поверхности.