Несвятая троица

Ну а перед нападением, я просто увидел его. Вернее, его контур на фоне белой двери.

— А почему ты не спал? — спросила она.

— Тебя ждал, — просто ответил он, посмотрев ей в глаза. Потом вдруг взял ее руку и поднес ладонь к своим губам. Губы были горячими и ее бросило в дрожь. Она совершенно растерялась. О, Создатель, да что с ней такое??? — Мне, почему–то показалось, что ты можешь… зайти.

— И поэтому ты ударил кинжалом? — В последний момент нашлась она, освободив свою руку и схватив нож, стала намазывая второй тост.

— Пожалуй, я поостерегусь заходить к тебе ночью.

— Понимаешь, силуэт на твой не походил, — усмехнулся он. — Я разозлился. Ждал тебя, а тут какой–то мужик бородатый…

Она совершенно искренне рассмеялась. Он откровенно любовался ею, откинувшись на подушки. Вот, что меня в нем привлекает, подумала она. Он позволяет себе открыто выражать свои чувства. Я столько лет живу в атмосфере страха, лжи и лицемерия, что в любой фразе и жесте ищу подвох. А он искренен.

Он может себе позволить говорить то, что думает. И делать то, что считает нужным.

Андрей вдруг протянул ей руку и она, как загипнотизированная, вложила в его ладонь свою.

— Иди сюда, — притянул он ее к себе и поцеловал. Его губы были нежными, живыми и упорными. Реальность куда–то исчезла, остался лишь его вкус, запах и сумасшедшая энергия, бившая через край. Она не знала, сколько это продолжалось: мгновение, час, год? Стук в дверь раздался как гром среди ясного неба. Диана отпрянула от него, пытаясь прийти в себя.

Действительность все еще кружилась вокруг, никак не желая приобретать ясные черты.

В комнату вошли Рина и Лучия. Последняя что–то сказала.

— Что? — спросила Диана, невероятным усилием воли беря себя в руки.

— Я пожелала доброго дня вашим светлостям, — улыбаясь, повторила Лучия. В ее глазах затаились искорки смеха. Девчонка присела в реверансе, скрывая улыбку.

— Думаю, его светлость будет счастлив избавиться от надоевшего артефакта, — невпопад сказала Диана.

— А я, пожалуй, оставлю, вас, не буду мешать.

Очнулась она только на берегу моря. Свежий ветер растрепал всю ее прическу, а она стояла на песке, подставляя ему горящее лицо. Барашки волн весело набегали друг на друга, в небе орали чайки, время от времени пикируя в воду за рыбой.

Я ведь могу выйти замуж, родить детей, — подумала она. К Бергу Дингера, мы можем уехать в Южную Лизатанию, нас там никто и никогда не найдет.