Несвятая троица

Как ни странно, коготь отрос спустя час. Амулет я таки повторил. Даже рискнул надеть на себя, и полюбовался собственной радужной аурой.

А затем мне показалось важным сделать сигнализацию на тропе, а то надоело пялиться на нее — отвлекало от экспериментов. На деревянном колышке я повесил схему, создающую громкий хлопок, к ней прицепил схему активации, а ее зацепил за длинную и тонкую нить из желтой субстанции. Снова разбудил Ирку и заставил ее слушать. А сам отошел по тропе метров на сто и укрепил колышек в траве. Натянув активационную нить поперек тропы на уровне колена, изобразил идущего по тропе и зацепил ногой нитку активации.

Хлопнуло. Ирка подтвердила, что громкость приемлемая и я повторил ловушку уже в рабочем варианте.

Поднялся небольшой ветерок. Ира сказала, что замерзла, и перебралась на сеновал. Мне же было вполне комфортно, и я продолжил эксперименты.

Усложнение схем привело к тому, что увеличилось количество высвобождаемой энергии и разок меня здорово опалило, а один раз хорошенько приложило о землю, не смотря на дистанционную активацию.

Зато я раскопал схему, создающую вакуум в определенном объеме пространства. Больше у меня ничего путного не получилось. Тогда я вернулся мыслями к защитному амулету.

Меня заинтересовала загадка старика. Почему я не вижу у него потоков? Может у него какой–то специальный артефакт?

Будто услышав мои мысли, дверь хижины заскрипела, и в проеме появился старик. Одет он был в какую–то грязную хламиду, которая очерчивала большой горб на спине. Опираясь на кривую клюку, дед резво потопал к туалету.

Астральное зрение по–прежнему пасовало — ничего.

Спустя десяток минут дед вернулся, оглядел двор и подошел ко мне.

— Что скажете, отец? — Поинтересовался я.

Старик окинул внимательным взглядом стену со щепками, прислонил свою клюку к сараю и поманил пальцем, предлагая нагнуться к нему. Когда я нагнулся, он вдруг схватил меня за уши и впился в глаза своим взглядом. Что–то черное ударило в мозг, и меня накрыла тьма.

***

Андрей Беркутов, Эртазания, 19 изока, день.

Перед тем, как отправиться с Динари за едой, я тщательно продумал одежду и легенду. Одеваться воином я не стал, а решил прикинуться неместным крестьянином, дальним родственником девушки, причем немым. Мы с Ирой долго рассказывали и показывали девушке чего хотим, и вроде как, аборигенка поняла нашу задумку. Облачился я в льняные штаны и рубаху, найденную в вещмешке одного из убитых мною бойцов. Поверх нацепил трофейный пояс с кинжалом, а вот меч снял.