Путь в Альвиору

Бросив оружие назад в ножны, я схватился за метательные ножи. Ну, что? Поехали?

Мои руки замелькали с невероятной скоростью, посылая к цели нож за ножом. Метательные ножи бесконечные, это бесспорный плюс. Только этот плюс уравновешивается жирным минусом – малым уроном, который наносится врагу. На одного кобольда я тратил не меньше четырех ножей, стараясь в первую очередь выбить лучников и метателей. Мне это почти удалось, когда мобы опомнились, и с дружным боевым воплем, от которого я едва не оглох, кинулись в атаку.

Я оставил в покое метательное оружие, приготовил основное, и замер, ожидая, когда первая волна атакующих доберется до меня. 

Удар, еще удар, в сторону, перекат, упасть на колено, подрубить ноги атакующему рослому кобольду, перекатиться, уходя от удара короткого копья, переломить древко сильным рубящим ударом, достать копейщика вторым клинком, развернуться, отпрыгнуть, ударить, развернуться, отпрыгнуть, ударить… 

Когда количество кобольдов сократилось наполовину, в дело вступил шаман.

Он поднял руки над костром, что-то протяжно пропел, и шкала здоровья у врагов на моих глазах увеличилась вдвое. Ох нифига себе, абилка! А ничего, что я тут один вообще-то? Я ж с такими раскладами с ними не справлюсь! Эх, сунулся, легкую дорогу в город нашел!

Видимо, чтобы подбодрить меня, и показать, что до этого все было не так плохо, шаман скастовал заклинание, и отправил в меня огромный фаербол, зачерпнув огонь прямо из костра.

Я рванулся в сторону, пламя расплескалось по стене, и тут кобольды пошли в атаку. 

Теперь на то, чтобы завалить одного моба, мне требовалось не меньше трех ударов. Сказать, что это сильно меня замедляло – значит, не сказать ничего. Еще и долбанный шаман периодически отлечивал тех, кого я не успел завалить сразу. Такой расклад мне совсем не нравился. Я вертелся ужом на сковородке, старясь пропускать как можно меньше ставших вдруг очень ощутимыми ударов, а мозг лихорадочно искал решение.

Не может же так продолжаться! Я ж не вытяну!

Решение пришло само. Уворачиваясь от летящего в меня топора, я прыгнул сильно далеко в сторону и разметал один из костров, горящих у стены. Пламя вдруг как-то сразу заметалось и опало. И тут же уменьшилась интенсивность свечения главного костра. Шаман недовольно взревел, остальные кобольды ему вторили.