Одаренные. Совет

– Посмотрим, – мужчина бросился вперед, посылая перед собой волну, которой обычно хватало для уничтожения самых сильных иллюзий. – Исчезни, ведь ты всего лишь иллюзия, Мара.

– О, я отнюдь не иллюзия, – отозвалась она, зависая в воздухе и легко пропуская волну через себя.

Игорь замер напротив нее, не решаясь больше атаковать, а настороженно следя за ее движениями.

– Давай мы спокойно все обсудим, Мара, – позвал он иллюзию, пытаясь подражать интонациям Арсения. – Ты отчего то напала на меня. Я сделал, что-то не то?

– Нам нечего обсуждать.

Ты хочешь меня уничтожить, как и всех других! – она одним прыжком оказалась возле него, будто совершенно не опасалась удара, и прошипела ему в лицо: – Тебе стоило бы поинтересоваться, прежде чем заверять в дружбе, что у меня есть память каждой из нас, которых ты убил. Они все здесь! – она закричала, ударив себя по голове. – Здесь! Весь их ужас, боль и страх.

– Иллюзии не испытывают чувств, Мара, – возразил Игорь, старательно заканчивая новую ловушку.

– Лжец! – она оставалась близко. – Но ты узнаешь каково это… Ведь для начала я уничтожу все, что ты создал, чтобы стать сильнее. Я заберу каждую каплю.

– Нет, – Игорь раскрыл ловушку прямо над ней.

Мара расхохоталась, метнувшись в сторону и уходя из-под удара, и кинулась к краю крыши, лишь на мгновение там остановившись.

– Останови меня, если сможешь, – она рассмеялась еще более безумно и, раскрыв руки, словно крылья, упала вниз… туда, где просыпался город.

– Твою мать! – иллюзионист со всей силы ударил по кирпичам, секундой спустя, уже не видя Мару внизу.

Обжигающая боль в руке его немного отрезвила, заставив сосредоточится на проблеме: упустить безумную иллюзию накануне Совета. О, до этого не додумался даже Влад.

ДЕНЬ ВТОРОЙ. София

Сегодня она встала позже обычного. Время уже приближалось к десяти, когда она закончила с привычной утренней рутиной и взялась за оставленные ночью листки. Наброски – наброски и никакой конкретики. Казалось бы, множество вероятностей и не предполагают определенного конечного результата, зато всегда предполагают четкий процент, позволяющий действовать.

А самое главное можно этот процент подкорректировать, если обладаешь способностями. София обладала, но корректировать было нечего. Случайный фактор по имени Влад. Тот самый элемент, который превращал все ее усилия в пустоту. Нет, она, конечно, все также могла рассчитать с предельной точностью, как проголосует тот или иной член Совета.