Гильдия Злодеев. Том 1

— Мама говорит, что если много есть, можно стать вот таким большим...

— Ого! Дядька, а ты много ешь? Ты богатый купец?!

Страх с детей быстро спадает, и они заваливают меня кучей вопросов, хотя вроде как этим заняться хотел я.

— Кв-а-а!

Дети замолкают, потеряв ко мне интерес. Жаба под шумок решила свалить и сейчас приютилась за моим башмаком. Но животный инстинкт в виде кваканья ее попытку спалил.

— Куда это ты, квакша? — задорно спрашивает Буська. — Я хочу тебя надуть и...

Парнишка тянется к жабе и, будь я проклят черепом, если не замечаю, как жалобно она на меня смотрит.

Мол, бро — спаси. Я жаба-принцесса, которую нужно поцеловать за полцарства.

Хватаю Буську за шкирку.

— А ну, стоять.

— Эй, дядька, ты чего!

— А давай-ка, мелкий, мы лучше тебя в жопу через соломинку надуем и посмеемся, а?

На глазах парнишки проступает страх, губы трясутся. Хм, наверное, грубовато получилось. В отличие от животных, я никогда не умел ладить с детьми. И спрашивается, с чего бы? Ну, наверное, потому, что только они могут додуматься надувать жаб через заднее отверстие и до тому подобных «развлечений».

— Я папке все расскажу!

Не теряюсь, пожимаю плечами:

— А я, что вы из деревни вышли на утропий охотиться.

Вот только разборок с папками мне не хватает. На пустом месте. По-любому местные жители скажут «а че такого, жаб-то надувать, ты мою дитятку не трогай!»

Отпускаю парнишку, хочу как-то сгладить ситуацию, но пацаны начинают на меня обиженно коситься, краснеть, хныкать и дают дёру в сторону деревни.

Вот тебе и разведал местность. За жабу, блин, заступился. Становление героя начинается.

Вздыхаю, перевожу взгляд на чумазую девочку:

— А ты чего не убегаешь?

Она улыбается:

— Вы не утропий. Вы добрый, дядя. Спасли квакшу.

Смотрю вниз и с удивлением замечаю, что жаба пропала. Странно. Полянка вроде большая и хорошо просматривается.

Верчу головой:

— Э-э-э, а где она?

Девочка задорно подмигивает:

— Убежала. Но квакша еще вернётся.

Пауза.

Ладно, хрен с жабой.

— Слушай, хочешь монетку?

Девичьи глаза загораются:

— О-о-очень!

Э-э-э.

.. На всякий случай верчу головой. Не бегут ли на меня местные с вилами? Как-то нехорошо детишкам вот так... кх-м... монетки предлагать.

— Расскажешь, как тут у вас всё устроено? Где можно поесть, где поспать?

В животе бурчит, и девочка хихикает:

— Ой, кстати, а я же вас знаю... Вы не тот толстый дядька, что в таверне у дяди Клоуша все время плохо себя ведет?

Не отвечаю. А ведь по-любому она меня имеет в виду.