Сахва

Лексус и Хаммер начали движение по параллельным улицам. Меня явно намеревались подрезать на повороте: из-за встречного движения я двигался медленнее. Чудом удалось избежать столкновения с несущимся на всей скорости тралом, везущим бульдозер. Также пытаясь объехать меня, с оглушающим скрежетом он рухнул набок где-то позади, развалившись по всей ширине дороги.

Путь назад был отрезан, но и тыл прикрыт. Через секунду положение изменилось: еще один черный титановый бык понесся на Лексус. Из его окон, будто рога, торчали черные стволы, туго закрепленные в трех парах мощных рук, изрыгающие смертоносную свинцовую материю.

Перед лицом неминуемой смерти люди или превращаются в размазню, или проявляют невероятные способности и смекалку, чтобы выжить. Без особых трудов удалось выбрать второе.

Впереди и справа только что припарковался красный Maserati GranCabrio Sport. Человек за рулем этого кабриолета был одет как я. Разница была лишь в том, что он был настоящей женщиной. Кабриолет остановился у бордюра, который повторял форму земляного вала.

Из-за этого волдыря посреди асфальта угол бордюра был как бы отсечен, походя на довольно высокий подъем под углом градусов сорок. Мой маневр имел крайне мало шансов на успех.

Я нажал на педаль газа так, будто хотел ее раздавить. Правые колеса проехали по набирающему высоту бордюру на скорости более двухсот километров в час. Когда Лексус перевернулся в воздухе, я открыл дверь, вывалился и упал прямо в кабриолет. Кейс с пальцами и Луи Виттон, крепко зажатые в правой кисти, не дали сгруппироваться.

Сильный удар о рычаг коробки передач сбил дыхание. Досада быстро развеялась, когда мое лицо оказалось между коленями водителя кабриолета, глянцевых, будто вырезанных из слоновой кости и выкрашенных в телесный цвет. Под истошные вопли красотки я выправил вылетевшее из сустава плечо. Ногой вытолкнул ее из машины.

Все эти действия точно нельзя было назвать изящными. Зато мой Лексус проделал зрелищный пируэт, будто участвовал в хорошо поставленном каскадерском трюке: изобразив некое подобие «штопора», он со страшной силой влетел в Хаммер, искорежив его бронестекло и пуленепробиваемый корпус.

Да простит меня Отец Кирилл.

Мое новое средство передвижения взвизгнуло шинами и ринулось вперед. Радость от успеха удвоилась после того, как Хаммер, преследовавший Лексус по параллельной улице, стал третьей машиной в этом ДТП, почему-то напоминавшем инсталляцию.