Фаворский свет

Как нам рассказали, он начинал с нуля, взял кредит, приобрел земли для выращивания экологически чистых овощей и картофеля, без помощи властей каким-то чудом арендовал дополнительные мощности, хранилища, купил европейское оборудование по сухой чистке, калибровке и расфасовке продукции, и поднял предприятие до всероссийского уровня, его фуры показывали на боках огромные рекламные логотипы по всему городу. Теперь агрохолдинг считался гордостью края.

Рядом со мной опасно задевает голым плечом моя Беатриче, болтая с подругой.

Сбоку смирно сел известный краевой писатель, лысый старик с добрым раздавшимся лицом и седыми кустами бровей, его книга о природе и людях края была в папках делегатов. Около него скромно приютился крестьянского вида защитник лесов, поразивший меня своей независимой программой «окедривания» города. Предельно простой: по одному саженцу каждому школьнику – и город будет в кедровом лесу.

Из глубин прохладного ресторана бесшумные официанты выносили подносы с неплохо пахнувшими блюдами.

– Тихо! – скомандовал замминистра. – Здесь собраны работники лучших хозяйств. Пусть чернят нас оппозиционеры – вот положительные примеры. Здесь всё лучшее. И этот ресторан.

– Прямо с доски почёта! – бодро сказал Олег. – Вся парадная сторона края. А других нет?

Замминистра со своего стола кинул на него взгляд, как будто угрожали его карьере. Все оглянулись на Олега. Моя Беатриче закрыла всё время двигающийся от еды и разговора рот, и почему-то похлопала в ладоши.

Вечером нас повезли на машине через длинный мост на противоположный берег реки, где располагались знаменитые Черёмушки. Ехали вдоль берега, к плёсу – месту отдыха горожан. Плоская полоса реки не походила на воспетую старинную великую реку, словно её насильно лишили величавости. Об этом говорил только далёкий противоположный застроенный берег. Скрытая безбрежность великой реки волновала.

За изрытой кривой дорогой, дальше от берега, уютные дачные домики мелкого чиновничества с огородами и баньками, – из одной вышел голый пузатый абориген – знакомый нашим спутникам клерк, мы ему помахали.

У самого берега, в березняке, пестреющем старым хламом, в песке деревянные столы и лавки. А слева, далеко на излучине, в низине клубится зелёная роща и недосягаемо выглядывают коттеджи местной элиты, на месте выселенного туберкулезного санатория. Там, в резиденции губернатора, руководство организовало приём высоких столичных гостей.