Клан Волка. Том 1. Империя

Колено распухло, из-за адской боли внутри всё содрогалось, пот лился градом, и, казалось, сознание держится во мне на волоске.

— Но ваш телохранитель ранен, ему нужна срочная помощь, — ответила Акула тоном, не терпящим возражений.

Девушка снова оглядела меня яркими зелёными глазами, и от её взгляда по коже пробежали мурашки. Она будто уже вгрызалась в меня зубами, отрывала кусок мяса и смаковала его, катая во рту.

Маямото её настойчивость не понравилась, но он всё же сумел улыбнуться.

— Акулина, душа моя.

Улыбка исчезла с его грязного лица, и он добавил жёстким голосом:

— И не смотри так на моего телохранителя. Он тебе не по зубам. Поверь, у него свои зубы имеются. Ты таких ещё не видела.

Девушка склонила голову набок и неожиданно улыбнулась торговцу, мягко-мягко и очень мило.

— Как скажете, господин Маямото. Передам отцу, что вы не доверяете его людям, а также людям из Императорского Дома, поэтому отказались от предложенной помощи даже в ущерб собственному здоровью.

Маямото сжал и разжал кулак.

— Знаете, Акулина, с такой хваткой можно и зубки поломать. Имейте в виду.

Та улыбнулась ещё милее и перегородила нам путь к верхолёту, ненавязчиво намекая, что от ответа Маямото будет зависеть, сядет ли он вообще в эту машину или нет.

— Так что передать моему отцу?

Торговец скрипнул зубами, но ответил спокойно и почти вежливо:

— Ответь, дорогая, что Рио Маямото благодарит господина Снегова за оказанную поддержку.

Акула перестала улыбаться так резко, будто вообще не умела этого делать.

Затем кивнула своим людям.

— Забирайте.

Она будто о пленных говорила, а не о партнёрах по операции. Меня тут же подхватили двое её помощников и быстро втолкали в салон верхолёта. Маямото сел со мной рядом и напряжённо выдохнул.

Акула оставила на берегу троих человек, а с двумя уселась обратно в верхолёт, выбрав кресло напротив меня. От этого Маямото напрягся ещё сильнее.

— Она тебя захотела, будь готов, — почти беззвучно произнёс он.

Лично мне сейчас было наплевать, чего она хочет.

Я вытянул раненую ногу и откинулся на кресле, положив затылок на подголовник и стараясь не потерять сознание. Кроме боли в ноге у меня имелась и другая проблема — внутри всё ещё тлел огонь фагнума, который мог потушить только Целитель. И плевать, чей это будет Целитель, да хоть самого императора.

— А ваш телохранитель...