Клан Волка. Том 1. Империя

Все казались равными, и, судя по довольным лицам, форма Академии ученикам понравилась.

Одна лишь Джанко поморщилась, надев юбку. После кимоно ей было непривычно носить другую одежду.

— Как вообще в таком ходить? Почему нам тоже не дали брюки? Ноги невозможно раздвинуть...

От недовольства она не сразу сообразила, что сказала, но Мичи тут же подхватил её слова и не забыл перевести всё в пошлую шуточку.

— Такие юбки специально придуманы, чтобы девчонки в Академии лишний раз ноги не раздвигали.

Он, естественно, рассмеялся.

Джанко покраснела, одёрнула юбку и больше ни разу не говорила, что она неудобная.

Втроём мы отправились к верхолёту, который ждал нас за двором школы. Туда провели только тех, кто поедет — десять студентов в объединённой группе из Янамара и Сатории.

Когда я увидел верхолёт князя, то невольно остановился, окидывая взглядом огромную машину. Пока таких мне видеть не приходилось, даже у Маямото. Это было что-то вроде воздушного лайнера, только с лопастями под кузовом.

Мой маленький верхолёт был в десять раз меньше этой махины.

У него имелся даже высокий выдвижной трап (а у меня — всего лишь выкидная лестница), наверху которого нас уже ждал стюард в белом костюме.

— Вверх нужно подниматься, только дыша через живот, — строго сказала вдруг толстенькая девчонка в очках, которую Мичи обозначил как «розовенькую финтифлюшку».

— Не начинай, Кика... давай хотя бы здесь не будем жить по заветам профессора Андронникова, — поморщился парень, шедший рядом с ней.

Тоже полноватый, но повыше ростом.

Возможно, её брат, если учесть схожесть лиц и то, что эти двое постоянно находились рядом. Волосы у пацана были, конечно, не розовые, но тоже отливали странным цветом — синеватым.

— Профессор Андронников — гуру, — отозвалась девчонка и демонстративно сделала так, как советовала: стала подниматься по трапу, задержав дыхание и втянув живот.

— А эта финтифлюшка всегда такая чокнутая, да? — поинтересовался Мичи у парня.

— Это ещё нормально, — вздохнул тот.

— Она моя младшая сестра, и у неё в комнате вещи выставлены по определённой схеме относительно сторон света, а ещё она медитирует в многоцветном тюрбане с зажжённой свечой на макушке и обращается к духу профессора Андронникова, которого уже лет пятьдесят как нет в живых. Если бы он не занимался всякой хренью, может, бы и подольше прожил.

Он представился как Грич Гамзо.

— Значит, ты Мастер Материй? — всё удивлялся Мичи, пока мы поднимались по трапу.