Клан Волка. Том 1. Империя

Лёд с моей ладони исчез быстро, не продержался и десяти секунд. От холода заныли кости и кожа, но мне было не до боли. Я впервые попробовал силу атласа на соляных знаках, и у меня получилось!

Учитель отступил назад, гася молнии на оружии и на своём астральном теле, а затем убрал оружие в ножны.

Я поднял уроненный меч и подал Галею.

— Спасибо, что одолжили своё оружие, учитель.

Убрав и этот меч в ножны, он еле заметно улыбнулся.

— Знаешь, что я тебе скажу? Тебе не подходит ни одна из известных Линий мага, потому что в тебе нет Знамения.

Это факт. Это природа твоего астрального тела. Ты с этим ничего не сможешь сделать.

Я уже приготовился выслушивать отказ, но учитель добавил после небольшой паузы:

— Зато я понял, что с тобой делать.

Из уст Галея это прозвучало угрожающе.

— И что же? — спросил я напряжённо.

— Многие считают, что Знамение — это дар мага, — издалека начал он. — А вот я считаю, что Знамение — это граница, которую не переступить, хоть из кожи вылези. Если ты родился с определённым Знамением, тебе уже не стать магом другой Линии.

Но ты... в тебе Знамения нет, а вот магию ты можешь возродить. Ещё как можешь. Ты ведь маг на самом деле, просто истощён, а это не приговор, раз ты жив остался.

Он уставился на меня в ожидании реакции, только я не совсем понял, что он имеет в виду.

— И что это означает?

— Ты ещё не понял? Вроде умным мне казался, — усмехнулся Галей.

— Серьёзно?

— С глупцом я бы и разговаривать не стал, — уже без шуток ответил учитель. — А теперь поясняю.

В тебе нет Знамения, но можно возродить магию, а это значит, что в тебе не будет никаких ограничений по Линиям мага. Ты способен освоить все шесть Линий, и тебе нужно найти шесть учителей. С таким упорством, с таким талантом ты можешь стать величайшим магом Стокняжья, а, возможно, и всех Восьми Империй. У меня возникла идея, как возродить в тебе истощённую магию. Есть лишь один момент: ни один учитель в здравом уме не возьмётся тебя обучать.

Одной речью он зародил и погасил во мне надежду.

— Понятно, — мрачно ответил я. — Значит, все откажутся. И вы тоже.

Галей уставился на меня, вскинул брови и захохотал.

— А кто сказал, что я в здравом уме?..

Когда приступ его смеха прошёл, он добавил уверенным тоном:

— Скажи толстосуму Маямото, что Фуми Галей согласен на двадцать тысяч золотых. Пусть задействует свои связи и восстановит меня в статусе преподавателя в Международной Академии Линий. Отправимся завоёвывать столицу, опоссум.