Холм Зверя

Леманн настоял на том, чтобы разведчики не разжигали огонь и носили доспехи всю смену, чем вгонял разведчиков в уныние.

– И тем не менее… – продолжал южанин.

Мишель заметил краем глаза движение вдоль живой изгороди, что тянулась по краю занесенной дороги, лежащей меж холмов к югу от них.

– Заткнись! – Тут же зашипел Медведь, перехватывая мушкет и припадая к углу.

– Что? Ты совсемь забылся…

– Заткнись, я сказал! – Одного угрожающего взгляда хватило, чтобы милетец, до того возмущённо повернувшийся к нему, резко преобразился.

Вжимаясь в пол, тот быстрым движением вытащил пистоль.

– Где они? – Одними губами спросим его южанин.

Мишель молча ткнул на юг. До изгороди было порядка трёх сотен метров.

– Энрико и Адриан пошли как обычно к лесу? – Стал вспоминать Мишель.

– Да, Леманн говорит-т не соваться по полям.

– Может вернулись? – Тон, с которым лурканец это произнёс, заставил его самого искривить губы в кривой ухмылке.

– Объязателно. – Прошептал милетчанин. – Может звери?

– Хватит болтать. Замри.

“Если они здесь давно, то в любом случае знают о нас. Если только пришли, почему не пошли проверять мельницу? Это самое удобное место для осмотра… Подозревают, что мы здесь и решили сразу отсечь нас? Возможно. Тогда они должны обойти всё в поисках следов…”

– Нергал…

– След от кон-н, след к лагерь. – Прошептал с другой стороны Гном, думавший о том же самом.

Не заметить следов к мельнице было невозможно. Мишель бросил взгляд на далёкий силуэт обрушенной древней башни, где сейчас сидел, вроде как, Валериан с Клаудом.

Три километра. Далеко.

– Ждём!

Южанин напряжённо кивнул. Он отложил первый пистоль и взялся за зарядку второго. Медведь последовал его примеру, сдерживая порыв придвинуться к краю и выглянуть. На высоте дюжины метров они были надёжно укрыты плотным брусом, но если кто-то сейчас смотрит в их сторону – любопытная голова тут же привлечёт внимание движением. Зарядка пистолей успокоила расшалившееся нервы дворянина, обдумывающего варианты. Может и правда зверь? Но зачем ему прятаться вдоль ограды…

Спустя пять минут, что тянулись не быстрее, чем милетский дож за оплатой, ничего не происходило.

Холод от брусьев, на которых они лежали, стал противно покалывать в ногах, которые вдруг полностью онемели. Мишель поймал себя на том, что в пятый раз облизал пересохшие под шарфом губы.

Милетец взмахнул рукой, подобрался и удобнее перехватил пистоли. Мороз уже здорово кусал оголённые руки, но стрелять в перчатках – просто невозможно.