Остров гуннов

Я все время ощущал затылком, что кто-то следит сзади, упорно идет за нами.

Мы внезапно свернули в калитку за высокий зеленый забор, внутри было неприметное здание. Там, в большой комнате со старыми стульями у сдвоенных столов собрались разные люди, в основном молодые.

Меня встретили аплодисментами.

Наверно, я возбудил ненужные мечтания, они считали, что я – из неоткрытой, более высокой цивилизации. Их великий мореплаватель проплыл дальше всех, но ничего, кроме воды, не нашел.

Их само-летающие машины покрывали несколько тысяч верст, но возвращались обратно, потеряв время.

Обсуждали, что делать, чтобы исчезла однообразная тягота существования. Как мне показалось, вечный неразрешимый вопрос для тех, кто не догадывается сначала ответить на вопросы: кто мы? кто – здесь? Хотя и эти вопросы неразрешимы. Но здесь я чувствовал себя в безопасности.

Большинство было за то, чтобы завертеть какую-нибудь бучу, может быть, захватить власть, через внедрение в структуры власти «вои» из своих сторонников в регионах.

Судя по всему, они не были связаны узкими партийными обязательствами, у них не было одной идеологии. Но было одно желание – освободиться от тяготящего нищего однообразия, как им казалось, сдерживающего энергию жизни. Так бывает, когда засиживаешься на одном месте, пока вдруг, в путешествии, не откроется мир.

Я не мог понять их настроение, ведь, есть пространство океана и неба, и за окном зеленая дымка леса вдали, и пути в небывалые страны по океану, о которых они догадываются, а я не могу вспомнить.

– Здесь есть то, что вы ищете. Первобытный райский уголок, правда, подпорченный присутствием человека. Зеленые сады, океан. Что мешает счастью?

Представитель революционных смыслов по имени Тео, тот самый с острым носом, как бы устремленным вперед, удивился.

– Ты разве не знаешь о системах подавления человеческой личности?

– Да, не знаю.

У нас об этом не думают, на свете так много удивительного, стоит только подняться над планетой и открыть бесконечность мира.

Длинноволосый Эдекон, или Эдик, в обернутом через шею белом шарфе, кося глазами и стесняясь, сказал:

– Мы тоже этого хотим. Но так устроен мир, что у нас это невозможно. Кругом вода, а в середине беда.

Это загадка.