Война кланов. Берендей

Он опирался на Марию, сквозь дождь видно бледное лицо, нос заострился, под щеками буграми перекатывались желваки. Молчит, не показывает страдания перед берендеями. Или прошел через такое, что отрывание ноги всего лишь обыденная неизбежность. Блин, да кто он такой?

– Жень, оставим их одних. Славе нужно время, чтобы прийти в себя, а нам нужно доставить Александра в село. Кровь я остановила, но большинство лекарств осталось там. Сможешь отвезти? – буднично проговорила тетя Маша.

Казалось, что её не трогало происходящее, и она словно вышла на почту за пенсией.

Словно всё так и должно быть: кругом лежали части тел; берендеи дрались из-за них; Александр остался без ноги. Да кто же они такие?

Всего лишь пища…

Мороз пробежал по коже вместе со струями воды, и я невольно вздрогнул от очередного выстрела грома.

– Уезжайте! – прогрохотал огромный оборотень, язык не поворачивался назвать его Иванычем. – Мы тут сами…

– Конечно-конечно, я сейчас отвезу ведарей и вернусь…

– Нет, хотя бы неделю поживи в другом месте, – отрезал берендей и повернулся к рыдающему Вячеславу.

– Сань, может тебя понести? Или на закорки запрыгнешь? – я протянул руку Александру.

– Ты беги, а мы тебя догоним, – вместо него ответила тетя Маша.

Я трусцой побежал в сторону деревни, ноги оскальзывались на сырой земле. Одежда вымокла до нитки, в кроссовках хлюпала холодная вода, носок на правой ноге смялся гармошкой и натирал на пятке мозоль. У Александра вряд ли возникла проблема с мозолью, и, скорее всего, никогда не возникнет, ведь его пятка осталась лежать…

Я оглянулсяна бегущих ведарей, тетя Маша лишь поддерживала Александра за руку.

Они были похожи на спешащих мать и сына, в той самой ситуации, когда ребенку хотелось поиграть, и он прыгал на одной ножке. Но Александр далеко не ребенок и не время для игр, однако не отставал от бегущей тети Маши, каким-то чудом не скользил по размокшей глине и сырой траве. Прыгал на одной ножке, как на физкультуре в пятом классе.

Я припустил к деревне, рассекая падающую стену воды.

Пару раз чуть не упал в раскисшую землю, однако в последний момент успевал восстановить равновесие. В такую погоду даже псы прячутся по своим конурам и не рискуют высовывать подвижные носы, чтобы не получить крупной холодной каплей.

«Люблю грозу в начале мая»– блеснула мысль.

Левой-правой, левой-правой. Люб-лю гро-зу вна-ча-ле ма-я… Сзади чавканье догоняющих ног, но вот и деревня, теплые огоньки в занавешенных окнах. Мы добежали до машины в одно время.