Темная бирюза 5 - Тьма Мёртвокотья

Но вместе с тем здесь было намного приятней для глаз. Здесь обитало множество светлячков-маноедов, да и среди щепок то и дело попадались фосфорисцирующие гнилушки. К тому же в отдалении показалась, и финальная точка нашего короткого путешествия.

Покосившаяся хижина из чернеющего дерева, рядом с которой на тёмной сучковатой палке висел светильник с самым обыкновенным пламенем.

- Ты говорил, что знаешь всех сильнейших цветомантов. Может, расскажешь о них, раз уж начал? – спросил я.

Во многом чтобы просто прервать тишину, но вместе с тем такая информация и впрямь будет полезна.

Если Андрей так и не найдёт для меня способ обмануть проклятие химерности, возможно я найду ответ у других коллег?

- Верный вопрос, - одобрил старик. – Сильные цветомаги суть воры, так что рано иль поздно всяко повстречаешь многих из них.

- Воры? – переспросил я.

- А кто ж вы, если не воры? – удивился вопросу старик. – Больше двух цветов на себе носить не позволено. Породить же на свет каждый может только один из них.

Так что те, у кого больше двух сил – только хищением их и могли добыть. Скажешь не так?

Я никогда так вопрос не ставил, но по сути он прав. Тёмная бирюза — это цвет всех сиин. А кровавый кармин, выходит, зародился во мне. Но остальные цвета я собирал. Васильковый в разорванном домене, Камею с тела психопата Алькора, Вереск у птицы в долине Кларифны, Кобальт в гробнице павшего тари. А остальные – лут с паучихи.

- Как скажешь, - кивнул я. – Так что же, кого мне опасаться?

- Собирателей цвета не так много, - начал леший.

– Сами они себя величают Собирателями. Самый слабый среди них – Собиратель Имён. Как и паучиха, он душегуб из пустотников. Среди них он зовётся Принцем Мародёров…

- Звался, - поправил я. – Этот хренов маньяк сейчас общается с Мортис.

- Эвоно как… - потянул леший. – Сдох значит. Ты его..?

Я кивнул.

- Дела-а… - покачал головой дед. – Да только он не у Мортис. Иномирец он, и имени звериного не имел, так что обрёк ты его на долю намного хуже, чем гибель.

- Он был садистом и живодёром, так что плевать, - я пожал плечами.

- И поделом, - согласно кивнул старик. – Он собирал имена, но раз ты его одолел, то и сам знаешь. Дальше, пожалуй, идёт Художница. Собиратель красок. О ней я мало что знаю. Скрытная больно особа. Скорее всего тоже из иномирцев кто-то. Больше ничего не могу сказать. Разве что, из недавних она. Один из последних призывов.