Мужской клуб Эрлбери

Эрл выдавил из себя вежливое:

— Соболезную.

Орк кивнул. Только теперь пикси понял, что орк касается не кулона, а обычной серебристой серёжки в форме клыка, которую носят женщины городского рода орков. Той, что привела его в город и которую он потерял.

— Простите за вопрос, но всё-таки… Что же вы тогда считаете мужской сутью?

Гвагхал показал зубы:

— Тут всё просто. Нормальный мужик должен уметь удержать в руках две вещи: топор и бабу. Держать и защищать. Остальное приложится, — и сразу вздохнул. Кулак сжался на серёжке и сбитые костяшки побелели.

— Спасибо, — Эрлбери опустил глаза и сделал пометки в тетради.

Руки не выдали того, как сильно сжалось сердце маленького пикси.

— А теперь давайте послушаем нашего третьего гостя.

Эрл посмотрел на эльфа. Три красных ногтя говорили о молодом для эльфа, но почтенном для некоторых других рас, возрасте в сто лет. Затейливая эмблема на лацкане дорогого пиджака — древний род. Как и типично эльфийская, вечно непроницаемая маска пренебрежения на лице.

Он совершенно не вписывался в эту компанию и простецкую обстановку.

Словно ребёнок вырезал картинку государственного приёма из газеты, после чего вклеил в отчёт об успехах городской сувенирной лавки.

— Унриель, дом Мори, — после раздражающей всех паузы ответил эльф.

Дварф подавился, а орк поднял бровь. У Эрла затрепетали крылышки. Мори по факту владели городом и не стеснялись это показывать.

— Истинная суть мужчины — быть правителем. Чем ближе к трону — тем лучше, — по-звериному тихо и жутко сообщил Унриель.

— Ничто не остановит его. Он пройдёт боль и унижение. Дойдёт до вершины, откуда легко уничтожит всех, кто ему мешал.

Эрлу показалось, что голос Унриеля чуток дрогнул.

— Нафига это надо? — пустил петуха Бордин.

— Как минимум, чтобы всякая шваль не вякала под руку, — нет, всё-таки голос эльфа оставался тихим и спокойным. —  К тому же я могу выгнать ненужного работника, вроде тебя, гном, вместе со всем его кланом. А то я слышал ваша семейка совсем перестала делами заниматься.

— Вы не посмеете! Мы почти вернули долг! — щёки под бородой побледнели. — И я не гном!

— Но не вернули же? И я вправе делать то, что считаю нужным, — лёгкий поворот головы, чтобы впервые посмотреть на Бордина. — В том числе называть тебя гномом.

Дварф побелевшими пальцами схватился за рукоять молота. Орк вскочил и навис над дварфом и эльфом.

— Ты охренел, полудурок! — непонятно кому крикнул Гвагхал.

На глазах Эрла собрались убить представителя правящего дома.