Сага об орке. Дебютант-киднеппер

Я прям почувствовал, как в его мозгу рисуется картина: он, пиршественная зала ярла Рагнара, и присутствующие с восхищением пересказывают друг другу о его подвиге. Да... Ты не только жадный, ты еще и алчный до славы! Как там пела лиса Алиса? Правда там речь про хвастуна, но это близко:

— На хвастуна не нужен нож;— Ему немного подпоешь;— И делай с ним, что хошь![2]

***

— Господин, — из шатра выглянула Идда.

— Пойдем, продолжим беседу.

— Иди сам, — сделал небрежный жест Сигмунд, — чё мне переться? Всё равно не понимаю, о чём вы там лопочите.

Потом результат доложишь.

Ну сам, так сам. Фритьеф, тем не менее, пошёл со мной. Видимо «давить видом». А то я не такой страшный, а тут взглянешь — и желание юлить отпадает враз.

— Граф Холид заплатит, леди Летисия ручается в этом.

— Да? — я с сомнением оглядел «леди». — И много? Нет, мы в общем-то ребята не жадные, просто я тут представил... Вот вернется леди домой. Даже выйдет за своего Ланца...

— Сэра Ланца!

Я аж вздрогнул, так неожиданно перебила меня это тощая.

А сколько призрения в глазах! Ба, да мы уже не боимся кровожадных орков? Уже не трясемся за свою жизнь, честь и душу?

— Конечно. Она выйдет за сэра Ланца, — я выделил голосом «сэра». — И даже, рано или поздно, появится при дворе герцога... Но вот не будут ли судачить придворные дамы... типа смотрите, идет эта дешёвка, представляете, когда ее выкупали отец за нее заплатил как ...

— Я стою не меньше тысячи солидов! — задрав нос горделиво возвестила Летисия, — Нет, даже не менее полторы тысячи солидов!

Хм.

.. А это сколько?

— Фритьеф, — негромко обратился я к стоящему рядом здоровяку, — а ты знаешь, что такое солид?

— Конечно, — кивнул ветеран, — помнишь деревню, где тебе местный узелок с золотом отдал.

Я кивнул

— Вот это и есть солиды. Имперская монета, идет к марке как один к двум...

— Полторы тысячи солидов? — Сигмунд ошалело взглянул на Фритьефа, потом вернул взгляд на меня, — Три тысячи марок? Ты не ошибся? Ничего не перепутал?

— Да нет, — я прокрутил в уме еще раз сказанную фразу, перепроверил людские числительные, — не должен.

.. Это же «тысяча»? ... Ну да, точно, вот «сто», вот «тысяча». Полторы тысячи. То есть, три тысячи марок.

— Так... — Сигмунд подобравшись отлип от борта, оглянувшись наклонился к нам с Фритьефом, — про размер выкупа никому ни слова! — проговорил он тихим, но твердым тоном.

— Что? — негромко, с усмешкой поинтересовался я, — Команду кинуть хочешь?

— Да ты... — вызверился на меня брат.