Орки идут

Если там были деревянные дома, то здесь просто использовали тростник, обмазанный глиной, правда дворы были намного больше.

Вот старая бабка вышла за ворота своего дома и у неё из рук выпала клюка.

Проходивший мимо по своим делам орк-военный сразу подбежал к ней, помогая той поднять палку.

- Лучше бы он ее удавил, глядишь и мир стал бы чище, – рассмеялась Абаж над тщетностью захватчиков казаться лучше, чем они сами.

Они завернули во двор, ничем не отличающийся от остальных, где количество хозяйственных построек превышало в несколько раз предназначенные для жилья и часто были лучше по чистоте, потому что и свиньи, и козы, и курицы, и прочая живность просто отказывались в других жить, чем ещё раз доказали своё превосходство над разумными.

Тщательно заперев за повозкой ворота, Трёхрукий облегчённо вздохнул и пошёл разнуздывать лошадь.

- Ты что это удумал? – обеспокоенно воскликнула Абаж, видя, как конюх уводит ту под навес.

- Так не буду же я её прямо в повозке подковывать? – деланно удивился Трёхрукий.

– Сейчас разогрею печь и дело пойдет быстрее.

- Хорошо, – поджав губы, была вынуждена признать правоту его слов Абаж.

- Кстати, вы не могли бы позвать мою матушку? Заодно и познакомитесь.

- Где она? – не скрывая недовольства в голосе, жирная гоблинша оглянулась, словно надеясь, что как по мановению волшебной палочки рядом должна обозначиться указанная старуха.

- Она в доме, – делая вид, что занят осмотром копыт своей лошадки, медленно проговорил Трёхрукий. – Да вы входите, у нас никогда не заперто.

- Ну да, если ворота на замке, – пробормотала себе под нос Абаж, делая шаг за двери ветхого домишки.

Внутри было пыльно и грязно, словно вообще никто здесь не жил. Сквозь плотно заставленные ставни не проникал даже свет. В глубине только смутно угадывались очертания мебели и поломанных стульев, сваленных в одну кучу.

Растерянно оглянувшись на залитый солнцем двор, Абаж сделала ещё шаг вперёд, надеясь получше оглядеться и ощутила, как земля уходит у нее из-под ног.

В отчаянной попытке она вцепилась в ковер, плотно прибитый к скрытой им крышке подпола, но её вес был слишком большой, а силы в руках не было вообще, вот она и провалилась в глубину какой-то норы.

Шлепнувшись на земляной пол подобно жабе, Абаж растерянно подняла лицо, сдув налипшие волосы на лбу. Вокруг было ожидаемо темно, даже темнее чем в самом доме, только скудный свет падающий из распахнутого люка высоко над нею очерчивал её словно в каком-то волшебном круге.