Вина. Повесть об интеллигенции

Это был поэт и рецензент Горюнов.

– Больше слушайте этих мастодонтов! – фыркнул тот. – Они снова подняли головы, хотят вернуть страну во времена массового сознания, клеймившего интеллигенцию как предателей и изменников.

– Что это было за время? – подозрительно спросил старый поэт. – После очистительной революции?

– Вот-вот, оно самое.

2

Старый поэт, или Старец, как прозвал его Горюнов, с удивлением узнал, что этот мальчик будущего в юности поклонялся тем его друзьям из прошлого, кто яростно защищали индивидуальную Личность.

Тем, кто вырос из идей всемирной Афинской школы, широко распространившейся по миру и охватившей тысячелетия.

«Понаехавшие» еще со времени Петра иностранцы, адепты всемирной философской школы, привнесли западный рационализм, разрушая русскую религиозность. Интеллигенция вышла из прорубленного им окна в Европу, вместе с западным воздухом, одновременно живительным и ядовитым, как говорили его друзья, создавшие сборник статей о русской интеллигенции «Вехи».

В России во времена старого поэта эти учения обернулись народолюбием – народничеством. Тогда было (впрочем, так было всегда) не до исканий абстрактных высших смыслов, божественной истины, надо было освобождать от рабства угнетенный народ. Этот взгляд на общественные отношения с конца XIX века так и остался до сих пор.

Старец вспоминал острую полемику друзей-философов из «Вех» по поводу интеллигенции, у которой личность выродилась в эгоистический индивидуализм и рациональность, потерявшую «дух музыки».

Они критиковали интеллигенцию, жившую «вне себя» с юных лет, то есть, признавая единственно достойным объектом своего интереса и участия нечто выше личности – народ, общество, государство.

– Сколько было визга вокруг сборника! – взволновался Старец. – Ополчились все, из-за, якобы, поклепа на интеллигенцию, якобы, принижающую личность. Для «веховцев» главной ценностью человеческого бытия было признание каждой свободной личности с ее внутренним миром и творческими силами.

– Да, это был провидческий сборник философов, – отозвался Горюнов, читавший старое издание сборника. – Диссидент Солженицын считал, что они «как бы присланы из будущего». Сейчас уже очевидно, что они были правы.

Старец оживился:

– Да, они обвиняли интеллигенцию в том, что она все объясняла внешним неустройством человеческого общежития. Якобы, вся задача – преодолеть это внешнее неустройство путем революции и реформ. Отсюда героизм самообороны.