Непрощенные

– Он призвал бездушных, и, возможно, питает их силой, – сказал Николас. – Если убьем церковника, тогда ослабим остальных.

Первым с места сорвался Витор. С боевым кличем клирик кинулся к священнику, но тот выставил вперед руки и невидимым потоком отшвырнул Витора к стене. Клирик рухнул, зацепившись за лавку, глухо застонал. Я кивнул Николасу. Экзорцист снова взялся за крест, по вискам стекали капли пота, губы шептали молитву. Крест вспыхнул белым свечением, после чего экзорцист сделал неуверенный шаг навстречу дьяволовой твари.

Шел Николас так, словно боролся с ураганом. Я тут же встал рядом и всей кожей почувствовал защитный барьер священника.

Священник резко махнул рукой, направив на нас свою силу, но на этот раз ничего не произошло, мы продолжали идти к цели. И когда свечение коснулось твари, когда та зашипела, брызжа кровавой пеной изо рта, я собрал все силы и вложил в прыжок, преодолевая защиту. Ударом меча разрубил священника от плеча до грудины. Рывком вытянул клинок и снес твари голову.

Дверь в зал вышибла толпа.

Бездушные ринулись внутрь серой шипящей массой, на сей раз среди них были монахи. Мечом и болью их встретили церберы-клирики, с криком в бой ринулся Гюго, размахивая своим острым, точно скальпель, ножом. В пылу схватки я не сразу понял, что все кончено, что больше нет пищи для моего меча. Я стоял, тяжело дыша, с клинка стекала густая, почти черная кровь.

Уставшие, залитые кровью Михаэль и Витор, всматривались во мрак коридора. Промокший от пота Гюго тяжело опустился на лавку.

Потянулся было за бурдюком, но тут же выругался, вспомнив, что тот давно опустел.

Однако дьяволовы твари не дали нам легкой победы. Николас стоял, зажав рукой рану на шее, откуда обильно текла кровь. У его ног лежал обезглавленный мальчик лет семи.

Гюго тут же кинулся к экзорцисту.

– Сейчас, брат Николас, сейчас все сделаем! Я перевяжу рану, все наладится!

Я жестом остановил Гюго, пристально посмотрел на Николаса.

– Я не смог, Арон, – прохрипел экзорцист, глянув на труп мальчика.

– Не смог. Он же еще ребенок… – экзорцист закашлялся. – А он… Он со спины накинулся, вцепился в шею.

Тогда я подошел к Николасу и отнял его руку от раны. По его шее уже расползлись алые светящиеся прожилки.

– Проклятье… – зажмурился я. А когда открыл глаза, на меня смотрел не Николас.

– Ты найдеш-ш-ш-шь, Арон, – зашипел голосом экзорциста человек в черном. – Там, за алтарем. Там есть потайная комната…

Шипение оборвалось, на меня снова смотрел Николас.