Нуониэль

Из-под льняных полотенец пахло тёплым хлебом, а в деревянных плошках горели яркими красками свежие овощи. Откуда у Гвадемальда в пути всё это добро — понять было невозможно! Сам рыцарь Гвадемальд, ехавший в драном кафтане, теперь восседал за столом в нарядных одеяниях. На пальцах его блестели крупные перстни, а на шее золотой фамильный медальон.

— Счастлив видеть вас, господин рыцарь, в моих скромных палатах, — поднявшись и пройдя навстречу гостю, сказал Гвадемальд. — Видеть, как Белый Единорог гарцует рядом с Сирином — безмерная услада.

К чему вообще мы затевали ту глупую войну?

— Сейчас и не упомнишь, господин Гвадемальд, — ответил Ломпатри и подал ему руки в знак очередного приветствия. — Премного рад! Моё счастье видеть вас столь же огромно, как ваше.

Они прошли к столу и начали трапезу. И Ломпатри и Гвадемальд умирали от голода. Если хозяин шатра и таскал за собою всё это добро, то, видимо, не притрагивался к нему ежедневно. Такая пища оставалась припасена на особый случай. И Ломпатри польстило, что он, рыцарь в достаточно стеснительном положении, всё ещё являет собою подобный «особый случай».

— Позвольте мне, на правах пригласившего вас, начать свой рассказ, — сказал Гвадемальд. — Известное дело, что путники при встрече в глуши сообщают друг другу о пути и обмениваются новостями. Если же они шли друг другу навстречу, то подобные разговоры имеют характер не только поэтический. Ведь странники могут поделиться тем, что видели и что пережили в пути. А для того, кто как раз идёт в противоположную сторону — это полезные сведения.

— Я нахожу вашу мысль правильной, господин Гвадемальд, — ответил Ломпатри. — Я сам не прочь поведать вам о моём странствии в первую очередь, но, всё же, уступаю вам. Ведь провинция Дербены — удивительное место, рассказы о котором можно долго слушать. Тогда как моя история не блещет красками.

— Вы меня интригуете, господин Ломпатри из Атарии. Но я не стану вас утомлять. Начну свой рассказ. Я — последний благородный человек в Дербенах.

Был последним до сегодняшнего дня. Теперь появились вы, и нас стало двое. Однако завтра, когда я продолжу своё путешествие прочь отсюда, в Дербенах снова останется лишь один благородный человек. И это вы.

— Господин, вы покидаете провинцию?

— Всё верно. Хоть наш главнокомандующий, король Девандин, и дал мне поручение охранять северные границы королевства до тех пор, пока не последует дальнейших распоряжений, я вынужден нарушить его волю.