Осколок вечности

Где-то недалеко ржали кони и слышались грубые мужские голоса, Курт рухнул на землю и замер, вслушиваясь в ночные звуки. В темноте кто-то глухо ругался, слышалось позвякивание доспехов.

— Не нравится мне это, — прошептал Курт и пополз в сторону источника шума.

Серебристый плащ бесшумно стелился по земле позади Курта, он замирал каждый несколько метров и вслушивался в лязг металла. По всему выходило, что лошади и их всадники двигались к лагерю путников. Курт не знал, как предупредить об опасности своего спутника, при этом не выдавая себя.

За несколько сотен метров до лагеря, незнакомый отряд остановился и спешился, всего Курт насчитал два десятка лошадей, значит всадников было не меньше.

Всадники спешились и властный голос начал тихо командовать. Курт не разобрал команд, но предположил, что сейчас солдаты будут рассредоточиваться по лесу и окружать поляну, где должен был быть Курт и сэр Алекс.

Он решил не рисковать лишний раз и отползти подальше от разбредающихся врагов, то что они окружают именно их место ночлега он не сомневался.

Солдаты разошлись и осторожно двинулись к поляне. Курт полз следом в десятке метров. Заклятие позволяло прекрасно ориентироваться в темноте, и он хорошо разглядел форменные доспехи королевских гвардейцев.

Где-то вдали раздался лязг, гвардейцы бегом ринулись на поляну, где загремела битва, а через мгновение шум стих. Курт осторожно пополз в сторону поляны и замер на самой границе видимости.

— Барон Элтрикс, опустите меч, у нас численное превосходство, вам не победить.

А мне не хочется проливать кровь человека из одного из старейших родов королевства.

Курт узнал этот голос. Он выругался про себя и весь превратился в слух. Ему не было видно, что происходит на поляне.

— Я хотел бы знать, с кем разговариваю, — голос сэра Алекса разнёсся над поляной как гром.

— Меня зовут граф Элим Асори. Глава королевской охраны и доверенное лицо Его Величества Тита Второго.

Напряжённая тишина повисла над поляной.

— И чем же я обязан вашему визиту, граф? — в голосе сэра Алекса звенело напряжение, — помнится, в трактире вы назвались другим именем.

— Того требовало дело, — вкрадчиво сказал Элим, — мы ищем государственного преступника. Рыжий, в плаще, с посохом, называет себя Куртом. Где он, барон?

— Вы же знаете, что я не барон, я всего лишь пятый сын знаменитого барона Элтрикса, барона, который служит королю всю свою жизнь, но взамен получивший только боль в суставах и пробитое лёгкое.