Клан Волка. Том 2. Академия

Объединив усилия, мы вышибли люк таранной волной, а затем проплавили и дыру в ледяном панцире, который давил на крышу. Для этого снова пришлось использовать знак огня.

Как только выход на крышу был освобождён, я тут же вытащил из кобуры револьвер, вытянул руку вверх, целясь прямо в небо, затем взвёл курок и прошептал, обращаясь к легендарному метателю заклинаний:

— Ну а теперь не подведи, дружище.

— Дава-а-ай! — Мичи сжал кулаки от нетерпения. — Запусти его, чтобы всё Стокняжье увидело!

Я прицелился так, чтобы заряд при выстреле не задел стенки люка, полетев при этом перпендикулярно земле.

Выдохнул.

Замер.

И нажал на спуск.

***

Грохот оглушил изуродованную кабину.

Револьвер выпустил заряд, и заклинание «маяк спасения» метнулось в небо. Это было красиво!

Даже через маленькое окошко люка нас озарило настолько ярким зеленым светом, что резануло по глазам.

— Божество Рай, Сфера Света, одна из сильнейших Сфер магии, — послышался с пола голос Кики.

Резанув пространство над верхолётом, мощный луч исчез, и уже через мгновение далеко в небе образовалась световая сфера.

Над мёртвой Землёй Котлованов загорелось самое настоящее магическое солнце!

Оно озарило чёрные запылённые холмы, будто оживив их на время, и сделало небо снова голубым и ярким.

«Маяк спасения» горел над нами несколько минут.

В это время давление на фюзеляж верхолёта усилилось в разы. Носовая часть уже смяла половину кабины пилотов.

Кика выскочила оттуда вместе со мной и Мичи в самые последние секунды, и теперь нам ничего не оставалось, как скрыться в салоне, хотя и там для восьмерых места было уже мало.

Горо стоял в самой широкой части, около сваленных в кучу кресел. Мидори теснилась к нему и придерживала Джанко, навалив её на себя. Жрец Хамада сидел тут же, на поваленном пассажирском кресле, вытянув сломанную ногу и склонив голову.

Бледные и перепуганные, все они молчали, слушая скрежет и треск машины, наблюдая, как стены сдвигаются вокруг них, и будто мысленно молились, чтобы смерть не была слишком мучительной.

Мидори посмотрела на меня с обречённостью.

— Никто не успеет нам помочь. Слишком поздно. Верхолёт вот-вот не выдержит...

Будто подтверждая её слова, корпус машины с оглушительным треском переломился, и под напором льдин хвостовая часть отвалилась.

В салон ворвался горячий воздух Котлованов, всё заполонили дым и запах гари.