Трансформа. Големы Создателя

Нет, спрос на изобразительное искусство не упал, просто конкуренция выросла. Местные живописцы уступали мастерам кисти из Вечнолесья и Эллезара. Правда, расценки у последних были безумно высокие, а потому представители этих миров сформировали топ-уровень. Их произведения висели в крупнейших музеях мира. Приобрести же картины эльфийских и эллезарских мастеров могли себе позволить только самые богатые коллекционеры Пандемониума. Ну а толстосумы рангом пониже ориентировались на местных признанных художников.

Когда же дело доходило до среднего класса, который в основном и являлся потребителем работ живописцев уровня Александра, то он ударился в экзотику – моррэйских и амфалийских художников.

А та часть среднего класса, для которой картины были не столько самоценными произведениями искусства, сколько элементами интерьера, просто сменила направление своего интереса, благо недостатка в предложениях в Пандемониуме не наблюдалось: экзотические растения из Амфала и Стилфа, эллезарские и дунарские светильники, различные магические примочки и многое, многое другое.

Короче, зарабатывать своей кистью Александру оказалось практически невозможно. Пришлось переключиться на карандаш, перебиваться портретами и шаржами в парке имени Рогожина (бывшем Александровском) на острове Петроградский. Впрочем, этот заработок был столь мал, что не мог обеспечить хоть сколько-нибудь достойного существования, так что основную свою работу – системного администратора в небольшой фирме – Волков не бросил… Но со своей последней подругой он познакомился как раз в парке, когда она заказала ему свой портрет… Бывшей подругой… Эх!.

. Может, на нем и в самом деле какое-то проклятие, оставшееся еще с тех событий двадцатилетней давности?

В самом мрачном расположении духа Александр брел по улице, не замечая ничего вокруг. Так, на автопилоте, он пересек мост и оказался на острове Петроградский в ближайших окрестностях хорошо знакомого ему парка. Там, в глубине, располагалась ярмарка, самая большая в Петербурге.

Волков нечасто заглядывал туда – иномировые диковинки были ему в основном не по карману, а травить себе душу не хотелось. Но сегодня он решительно был настроен на какой-нибудь безумный поступок. А в кармане еще, как по заказу, шуршали двести ДЕ очередной получки. Правда, на них еще предстояло жить как минимум две недели, да и туфли с треснутой подошвой настоятельно просили замены, но разбитое сердце Александра было глухо к доводам рассудка.