Боги как люди

Первый, растеряв присущую наёмникам хладнокровность, яростно закричал и понёсся на убийцу чудовищ. Эван выставил меч, прыгнул вперёд.

Его ноги проскользили по луже алой крови, он на мгновенье потерял равновесие, открыл защиту. Наёмник полоснул клинком по его бедру. Убийца чудовищ даже не пискнул. Но сталь рассекла его плоть.

На него тут же наскочил эльф; заркаинская сабля сверкнула в свете люстры. Удары бурей посыпались на Эвана. Убийце чудовищ оставалось только парировать и отступать. Он хромал, но словно бы ничего не чувствовал.

Клинки болезненно звенели.

Вдруг остриё сабли противника предательски скользнуло по амагиту Эвана, вонзилось в бок убийцы чудовиш. Он не дал лезвию пройти дальше, остановил оружие, упершись в его гарду. Вскинул руку, но его слабеющее заклятье лишь немного оттолкнуло противника. Этого было достаточно, чтобы окровавленная сабля выскочила из плоти.

А сзади, злобно улыбаясь, уже заносил своей меч второй наёмник.

Вдруг яростно сверкнули молнии.

Дрожащие и шипящие голубые искры оплели тело убийцы.

Бандит закричал, забился в конвульсиях. Повалился на пол и стих. От его кожи пошёл пар.

Оскалившаяся Ева опустила руки. Она часто дышала, жмурилась. В виски отдавала пульсирующая боль. Заклятие получилось удивительно мощным, Ева быстро истощила все свои внутренние запасы. А лицо сидящего рядом Рона было перекошено одновременно удивлением и восторгом.

Эльф, испугавшись притаившейся где-то в засаде чародейки, на секунду повернул голову. А переливающийся зелёным клинок Эвана уже был тут как тут.

Меч нашёл прореху в его защите и рассёк ему плечо. У убийцы чудовищ, казалось, проснулось второе дыхание.

Он завертелся в полупируэтах, яростно закричал. Его выпады были подобны жалящим гадюкам, а режущие удары походили на беспорядочный ураган. Испуганный эльф начал, что есть сил, блокировать адски быстрые удары слабеющей от раны рукой, лавируя меж забрызганными кровью столами, роняя стулья. Он оказался спиной к двери.

Его сабля с лязгом вылетела из мокрых ладоней.

Эльф попятился, а затем развернулся и молнией вылетел из таверны. Эван, зарычав, как дикий зверь, кинулся за ним. Будто бы за недобитой добычей. Ева с Рональдом выпрыгнули из-под стола и понеслись вслед за товарищем…

На улице уже стемнело, привычный городской шум сошёл на нет. Маленькая лампа, висевшая на крючке у притрактирной конюшни, заливала слабым рыжим светом передний двор. В её отсветах блестела начищенная до блеска броня.