Боги как люди

Она встала посреди дороги; к этому моменту все ящеры успели попрятаться за телегу. Все, кроме одного – застывшего на месте одноглазого разбойника. Своим на удивление спокойным янтарным глазом он глядел на истекающую кровью ламерку. Юная чародейка ждала. Воздуха в лёгких не хватало.

Вдруг разбойник выхватил из-за пояса свою ламерскую саблю. Ева замерла. А противник не заставил ждать – внезапно сорвался с места, разъярённым быком понёсся прямо на неё и завертел саблю над головой. Изогнутый клинок страшно засвистел.

Ева ужаснулась – он явно был умелым фехтовальщиком. Блокировать такой быстрый и непредсказуемый удар – то же самое, что и бросать монетку.

Одноглазый был уже рядом.

Ева сосредоточилась, да так, что скрипнули зубы. В виски ударила боль, но на пальцах почувствовалось знакомое покалывание. Она тут же выбросила вперёд свободную руку и выплеснула во врага мощный толчок Силы. Удар оказался слабым – сказалось волнение. Однако этого хватило: одноглазый потерял равновесие и, вскрикнув от неожиданности, повалился на землю.

Ева не стала ждать; она обрушила меч на разбойника, рубанула со всей дури. Клинки лязгнули, и девушка чуть не выпустила свой меч из мокрых рук – главарь заблокировал её атаку в самый последний момент. Однако Ева быстро развернулась, ударила вновь, прямо как её учил Вик. Главарь, больше похожий на извивающуюся гадюку, ловко увернулся.

Не пальцем делан!

Периферийным зрением Ева уловила возникшую рядом фигуру. Подняла налившиеся кровью глаза и увидела крупного широкоплечего ламера.

Он уже заносил саблю, чтобы яростно рубануть от плеча. Одного удара хватило бы, чтобы отсоединить голову от шеи…

В последний момент юная чародейка отпрыгнула назад. Тут же сплела пальцы в огненный знак, направила руку в сторону ламера. В лицо разбойника ударил шипящий сноп искр. Он заревел, обхватил рукой обожжённую кожу, потерял обзор. Ева, опасаясь удара поднимающегося на ноги одноглазого, достала охотничий нож из-за голенища и метнула его в обожжённого бандита; клинок упруго вошёл в его плечо.

Широкоплечий разбойник заревел медведем, осел на землю.

А Ева уже прыгала на поднимающегося с земли главаря. Теперь-то хватило одного удара; на этот раз она довела его до конца – вновь встретившись с блоком, развернула меч, отправила его вперёд и рассекла чешуйчатую шею одноглазого, как бумагу. Главарь отпрянул, обхватил разрезанную плоть руками, отчаянно пытаясь остановить кровотечение. Тут же запнулся и упал.

«Больше не встанет.