Боги как люди

Последний тёплый ночлег, который был у девушки – это Вальдэнская таверна, и то, там она была вынуждена делить койку с покусывающими её клопами. Потому домики, начинавшие появляться у обхватывающей их дубовой рощи, вновь внушали ей надежду на отдых.

Хотя даже это сейчас не так волновало Еву. Она приехала сюда вовсе не за комнатой в таверне, не за тёплой похлёбкой и, может быть, скупым куском жареного мяса. Она приехала за ответами.

Но чем ближе девушка приближалась к деревне, тем больше понимала – в Желудёвке было как-то слишком тихо.

Какое-то время Ева ехала мимо чередующихся между собой ламерских известняковых домиков и ардонских деревянных изб. Пока не заметила стирающую что-то в корыте женщину. Направила Чайку к ней. Та просто бросила беглый взгляд на наездницу и с невозмутимым видом продолжила стирать.

— Добрый день, — поздоровалась Ева. — Не подскажите, где я могу найти чародейку Джулию?

— Джулии у нас никакой нету, — отвечала женщина.

Ева почесала голову.

— А где она?

Грубый палец крестьянки указал в сторону леса.

Девушка поблагодарила её и послала Чайку в нужную сторону. Совсем скоро, там, где уже начиналась дубовая роща, появилась обособленно стоящая изба. Вход в неё окружали крестьяне. Вот где были все жители Желудёвки!

Ева подъехала к толпе и спросила у ламерки с чепчиком на зелёной голове:

— Что вы здесь делаете? Кого ждёте?

— Зельеварщщица тут живёт, — прошипела крестьянка в ответ.

— Джулия?

Ящерица выпучила жёлтые глаза.

— Нет. Бирной её кличут.

Ева уже было повесила голову и потянула Чайку назад, но тут послышался шум. Юная чародейка приподнялась на стременах.

Дверь избы распахнулась, и из дома вылетел бородатый мужик. Он же, рыча, кубарем прокатился по деревянным ступенькам. Остановился только у ног встрепенувшихся крестьян.

На пороге показалась женщина в бордовом платье с длинными широкими рукавами.

— Ишь чего захотел! — закричала она, грозя кулаком.

Деревенщины начали медленно разбредаться, недовольно гудя. Вслед им долетали грязные ругательства. Таким образом, скоро осталась лишь одна Ева верхом на своей лошади. Бирна уперла руки в бока и грозно взглянула на наездницу.

Облом. Это точно не Джулия. Разве может чародейка быть такой?

— А ты зачем пожаловала!? Вижу, не местная.