Боги как люди

Ева замерла, не зная, что сказать. Алхимичка вновь присела за стол напротив её.

— Ты уже знаешь, Ева, — сказала она, вздохнув, — в жизни иногда бывают такие моменты, после которых наступает точка невозврата…

***

Женщина с завитыми каштановыми волосами, держа в руках подол роскошного бело-золотого платья, взбиралась на скалистую гору. Чародейка осторожно, но торопливо шла по тропе, стараясь не споткнуться о камешки. Её утончённое, в меру напомаженное лицо было серьёзным, задумчивым, а губы цвета дымчатой розы – нервно поджаты.

Почему? Почему он так сорвался с места и уехал на Юг? С одной стороны ничего удивительного, чересчур затяжная исследовательская миссия; даже в Башне одобрили. С другой – ведь был разговор, чтобы она с ним поехала! Почему он решительно запретил его сопровождать?

Все эти годы разлука раздирала изнутри. Она отвлекалась работой от недобрых мыслей. Читала эти скупые письма!

А теперь… А теперь он вернулся. Другой. Холодный и замкнутый. Начал часто где-то пропадать.

Недавно алхимичка узнала, где именно.

И решила не откладывать. Приехала сама – и теперь шла к его лаборатории в пещерах Косой горы, неподалёку от деревни Подгорной – настоящей, на самом-то деле, дыры. И зачем ему сдалось проводить свои исследования здесь?..

Наконец, она оказалась у входа в тёмные катакомбы.

Пещеры встретили её сыростью, прохладой и тревогой. Нет, мрака, царившего в пещере, чародейка не боялась. Её томило ожидание встречи. Встречи, которая решит всё…

Тьма начала рассеиваться. Девушка вышла к большому и просторному гроту.

Холодный уличный свет проникал сверху – в каменном потолке образовывалась большая дыра, с которой вниз падали капли и свисал плющ.

И тут чародейка с ужасом отпрянула, вжалась спиной в холодную каменную стену. В нос ударил кисло-сладкий запах гнили и разложения. Она заткнула рот ладонью. Ведь перед ней вырастала большая клетка, о прутья которой держался гнилыми и костлявыми руками хрипящий мертвец. Живой мертвец.

Его чудовищное, облезлое лицо уже не выражало никаких эмоций, а глаза с жёлтыми белками были совершенно стеклянными.

Рядом с ним, в заточении, сидел труп ламера. Сидел и качал головой.

— Джулия!? — эхо донесло до чародейки удивлённый мужской голос.

Алхимичка медленно повернулась.

— Магнус! — еле выговорила алхимичка, чувствуя, как всё внутри неё скручивается. — О боги…

Она замерла на месте, и её помертвевший, загнанный взгляд остановился на Магнусе. Широкие плечи чародея покрывала чёрная мантия.