Воля хаоса. Медные когти

Этот болевой удар изрядно подкосило боевой дух, несмотря на жажду, необходимость действий, по спасению своей жизни и жизней товарищей, сил для этого категорически не было. В голове было ноющее опустошение, всепоглощающая лень и жалость к себе, не позволяли бодро выскочить на ноги. Но до ушей донесся скрежет камня и непонятный стон, кто-то еще боролся за свою жизнь, прямо сейчас выжившему счастливчику, необходимо оказать помощь и моральную поддержку.

В этот раз мне даже удалось утвердиться на ногах, раздался очередной глухой удар, привлекая внимание.

Рядом в нескольких метрах от меня, кто-то активно боролся за свою жизнь. Медленно, буквально на ощупь маленькими шажками, двигался вперед, руками водил перед собой опасаясь на что-нибудь наткнутся и упасть потеряв равновесие. Мне еще никогда не было так плохо за свою короткую жизнь, хотелось лечь и умереть, но я держался, изо всех сил.

Обойдя большой кусок гранита, глаза опалило ярким голубым светом, за этим препятствием оказывается валялся небольшой осветительный камень.

Он едва освещал пару метров пространства, но все равно зайчики еще долго плясали в неготовых к такому глазах. Спустя минуту, когда вновь смог видеть, с удивлением обнаружил источник звука. Тальфация в виде молотка, сжимала чья-то оторванная рука, запястье приподымало орудие и опускала его, на ровный каменный полн. Я с некоторой опаской касался своего оружия, если Тальфаций сразу захочет выйти на связь, это вполне может ударить очередным откатом, так как такой вид общения, требует работы моей основной мутации. Но нет, все прошло без эксцессов, старый маг, видимо понял, что со мной не все в порядке, все же в его мудрости сомневаться не стоит. Привычным движением вернул молот на пояс, левой взял кусок кристалла, с его помощью можно было освещать себе путь. Пусть его тусклого света хватало всего на пару метров, но это все равно лучше, чем сплошная давящая темнота.

Помимо обломков скального гранита, на которых часто можно было увидеть следы обработки, кругом находилось много тел погибших.

Вергинци воины, женщины, дети, стихия не пощадила никого, изломанные, раздавленные тела в некоторых местах покрывали весь пол. Я прекрасно понимал, что на войне нет места жалости, ни в каком из ее проявлений. Но мне было больно наблюдать столько погибших людей, которые всего лишь защищали свой дом от посягательств врага, у них не было богатств, плодородных земель, не хватало на всех провианта.