Чужеземец

Тот погиб, пытаясь отбежать от поля боя, но вездесущий взгляд Глориана заметил покидающую схватку фигуру. Один рывок, короткий взмах меча… и голова мальчика с тихим свистом отлетела в сторону, как футбольный мяч, и приземлилась в догорающий остов дома старейшины.

Даша отделалась в основном лишь небольшими ссадинами, легкими порезами и жутчайшими переживаниями. Но для нее телесные повреждения не были помехой: взывая к природной силе рун, она постепенно затягивала свои раны и периодически делала то же самое с Виктором, но общая усталость, чертовски сильный голод и неумолимая жажда почти полностью лишили обоих иномирцев возможности использовать колдовство.

А потому они надеялись лишь на чудо.

Кроме полученных повреждений и потери всех жителей Арвенха, случилась еще одна беда: во время боя Виктор лишился своего меча Пакемберга и сумки, в которой хранилась та самая Книга, найденная в родовом склепе Чариззов много месяцев назад. Даша и Виктор потеряли все, абсолютно все, что у них было в этом мире: дом, друзей, козыри для борьбы с врагами.

Ко всему прочему они и сами находились на предсмертном издыхании, и последние вздохи оказывались далеко не такими приятными, как хотелось бы; создавалось ощущение, что основной составляющей здешнего воздуха был раскаленный мелкий острый песок.

Спустя одиннадцать дней после побега в Лавеосское ханство иномирцы так и не увидели ни единого города, деревни или хотя бы истлевшей хибары.

Зато они сполна насытились кактусами, иссохшими кустами, постоянно меняющими свою структуру барханами и изредка попадавшимися скелетами странных огромных животных.

Кактусы оказались ядовитыми. Вкусив это растение, Виктор потом целую ночь не мог уснуть из-за непрекращающейся рвоты. А рвота, как потеря жидкости, для организма в данной ситуации была более чем губительна. Даша же, наблюдая за страданиями товарища, взяла на себя обязанности по поиску провианта и воды, но, как оказалось позже, еду и хоть какую-нибудь жидкость найти здесь абсолютно нереально.

И если иногда получалось поймать какого-нибудь небольшого скорпиона или незадачливо прилегшую поспать в тени камня змейку, то с водой дела обстояли в тысячу раз хуже: ее здесь словно и вовсе не было. Или иномирцам страшно не везло, и реки с оазисами разом решили спрятаться от незаконных иммигрантов за высокими песчаными горами.