Чужеземец

— Да? Разве? Это теперь называется «не всегда ладили»?! Да катись ты на хрен с такими заявлениями, старый алкоголик! Чего ты от меня хочешь?

— Сынок, погоди, — на удивление спокойным и трезвым голосом произнес отец. — Я должен тебе кое-что сказать. Мама умерла.

Саша уже намеревался выдать папе очередную порцию ненависти, но вдруг осекся, услышав последние слова. Челюсть сама собой медленно отвисла, а в горле застрял непробиваемый ком.

— М-м... мама? Что? Как? Когда?!

— Неделю назад. Ее убили, сынок. Она возвращалась домой поздним вечером от тети Гали, когда к ней кто-то подошел и ударил по голове кирпичом.

А ей в тот день как раз выдали пенсию, так что тому, кто это сделал, досталась неплохая добыча... а я тут как раз без денег остался совсем...

— Что? Неплохая добыча?! Ты говоришь о моей матери, сволочь! Почему я узнаю об этом только сейчас?

— Потому что ее труп бросили в мусорный бак. Тело обнаружили только на свалке. Сынок, завтра похороны.

— Черт, черт, черт! — Саша вцепился одной рукой в свои волосы и склонил голову над столом.

На глаза стали наворачиваться слезы, а в душу стало закрадываться отрицание. — Не может быть. Нет. Ты лжешь!

— Я буду ждать тебя завтра. Приезжай ранним рейсом — поможешь все подготовить. У нас денег не так много было, так что пышных похорон не будет, придется все делать самим и довольно скупо.

— Я приеду, — сквозь слезы пробубнил Саша. — Я приеду...

Повесив трубку, офисный менеджер встал из-за стола и побежал к Леше. Найдя его на лестничной клетке, где тот курил, он сказал:

— Мама умерла.

Мне надо уезжать на похороны. Передай Кузнецову, что я все доделаю позже, пусть даже выключит эти дни из зарплаты.

Леша, тощего телосложения длинноволосый парень, ошарашенно оглядел друга и ответил:

— Ты ведь не серьезно? Боже, боже... я... не знаю, что и сказать. Сочувствую тебе...

— Прости, мне надо бежать. Будь на связи.

Саша спустился в гардероб, накинул на плечи пальто и пулей выскочил из здания, направившись к автобусной остановке. Теперь на дождь ему было абсолютно плевать: пусть хоть насквозь промокнет вся одежда, это все несущественно.

Он достал из кармана мобильник и набрал номер своей девушки. Она сняла трубку лишь с третьего раза:

— Да, милый? Прости, я в душе была, не слышала звонка.

— Марин, — задыхаясь от бега, выдавил Саша. — Слушай... моя мама умерла. Отец сказал. Завтра похороны. Я срочно еду на вокзал, возьму билет на поезд и сразу помчусь в Ростов, ладно? Иначе попросту не успею.