Исправительная академия (Оболенский, том 1 и том 2)

Это что, за мной? Да что они себе позволяют?

— Идите за мной, — велел лекарь и, к моему удивлению, повел меня не на выход, а за ширму.

Я-то думал, там просто вешалка для халатов и место для переодевания, а оказалось, что вешалка была прибита к невзрачной дверке. Просто ее покрасили в цвет стен — издалека не заметишь.

— Что происходит? — почти беззвучно спросил я, когда мы зашли за ширму.

— Софья передала мне вашу просьбу. Надзиратели четвертой группы сейчас сдают анализы — вызвали всех разом. А та, с кем вы хотели поговорить, находится в лазарете.

В другой палате. Другой возможности не будет.

Ох и ничего себе...

К счастью, башка соображала быстро. Остатки сонливости как рукой сняло. Ай София Павловна, ай умничка! Правда, теперь во всей этой затее был замешан еще и лекарь. Впрочем, он тоже показался мне нормальным мужиком. Главное, чтобы не был замешан в этих темных делишках администрации. Если они вообще имели место.

С другой стороны, имей Тимофей Викторович свой личный интерес в этих мутках, зачем бы тогда ему сейчас мне помогать? Сдал бы Софью руководству — и был бы у нас новый надзиратель.

.. Да и меня наверняка бы попытались обезвредить, чтоб не лез куда не просят.

Двигаясь почти бесшумно, Тимофей Викторович скользнул в открытую тайную дверь. Мы оказались в еще одной палате — совершенно пустой. Даже свет не горел, но, хвала белым ночам, света хватало, чтобы сориентироваться и ни во что не врезаться.

Там мы нашли еще одну дверку — тоже за ширмой.

Она была не заперта.

— Она там, — Тимофей Викторович указал на дверь. — Ее заперли, но надолго без присмотра не оставят. У вас не больше пяти минут.

Я кивнул.

— Спасибо.

— Потом поблагодарите. Возвращайтесь тем же путем, мне нужно к надзирателям, — ответил врач и метнулся обратно.

Я собрался с духом и толкнул дверь.

Мне по глазам ударил свет ламп — пусть они были и в ночном режиме, но все равно глаза успели немного отвыкнуть. Катерина сидела на кровати, свесив тонкие ножки-спички в таких же, как у меня, кроссовках без шнуровки.

Мешковатое платье с нашивкой четвертой группы сбилось на девушке складками. Она подняла голову, откинула копну вьющихся волос и уставилась на меня в упор.

— Пришел.

Я притворил дверь и тут же направился к девушке. Нельзя терять ни секунды.

— Привет, Катя. Я Володя.

— Я знаю. Только ты не Володя. Ты волк в овечьей шкуре.

— Допустим. Катя, мне очень нужно с тобой поговорить. Задать пару вопросов.