Сага о халруджи. Книга 4. Последний исход

Поднимемся на крышу, спустимся по стене…

План рождался в голове быстрее, чем солнце отрывало свое массивное тело от горизонта. Но что-то было не так.

– Не могу его поднять, – пропыхтел Сейфуллах, дергая имана за руку. – Приклеили его что ли?

Регарди опустился на колени и ощупал площадку, на которой лежал иман. Она поднималась над полом не выше трех пальцев и в точности подходила под рост человека. Пальцы задержались на шершавом материале, и Арлинг с трудом сдержал озноб, пробежавший по телу. Он узнал курагий.

Стол был изготовлен из цельного куска редкого минерала, который добывали керхи у подножья Гургарана. Считалось, что он обладал мистическими свойствами, помогая отличить ложь от правды или отыскать воду в пустыне. Кусочек курагия величиной с ноготь стоил на рынках Сикелии безумно дорого, но чаще всего за него платили кровью. Арлинг и не предполагал, что он встречался таких больших размеров. Впрочем, ему никогда не рассказывали, что курагий умел «приклеивать» людей. Он еще надеялся, что странная неподвижность учителя была вызвана чем-то другим.

– Нет, все верно, – прошептал иман, словно прочитав его мысли. – Курагий не отпустит меня. Это древнее растение с высокогорья Царских Врат. Много лет назад оно погибло после извержения одного из вулканов Гургарана, но не истлело, а превратилось в подобие «камня». Каждый кусочек курагия продолжает жить… особой жизнью.

– Не верю, – возмутился Аджухам, дергая учителя за ногу. – Чтобы какой-то камень был живым? Сказки серкетов.

– Попробуй отрезать у меня палец, – спокойно произнес иман. – Дойдешь до кости, но перерубить не сможешь. Это Ложе Покоя. Его придумал Махди. Вначале оно предназначалось… для других целей. Однако хитрый Бертран придумал ему иное применение. Я лежу здесь уже много дней. Та дверь, через которую ты проник, никогда не запирается, потому что Ложе Покоя не отпускает никого. Бертран изменил его, приучив к себе. Теперь только он знает слово, которое заставит курагий отпустить лежащего на нем.

На какой-то миг Арлингу показалось, что к иману вернулся бред: окаменелый паразит, колдовские слова… Все это звучало бы странно, если бы они были в другом месте. В Пустоши Кербала, сердце серкетов, было возможно все.

– А засов изнутри? – спросил Аджухам. – Зачем он?

– Тот замок остался со времен, когда Махди проводил в комнате опыты с солнцем, – горько вздохнул иман. – Он запирался в страхе, что после такого общения станет опасным для людей.