Чёрные начала. Том 5.

Вот, например:

— Ты чё, играть вздумал, мудила?! Я тебе сейчас ноги оторву! Думаешь, достал яйцо и крутой?! Да я сейчас тоже яйцо достану, и не одно, а два, и они будут твоими, говнюк! Нет, ты меня слышишь?! Ты слышишь меня?! А ну повернулся! Я чё, с деревом разговариваю?! Эй, не смей меня игнорировать! Не игнорируй, я сказала!

Ну разве не прелесть?

Забавно, что это сейчас она бесится, что я ей не присунул, а не наоборот. Буквально кричит, чтобы я её прямо здесь и сейчас. Такая дурная, что аж смешно становится. Так и хочется погладить по макушке эту маленькую злобную цундерочку.

— Хватит кричать, — поморщился я. — Думаешь, что мне действительно сейчас до этого?

— Так а какого хера я тут раздеваюсь, урод?! — продолжала она бесноваться.

— Чтобы глаз мой порадовать, потому что…

— Да ты охерел?!

— … я тебя люблю.

— Э?

Цурико аж зависла, глаза распахнуты, рот приоткрыт, уже готовый выпустить поток бранных слов.

— Юнксу, нельзя играть на чувствах девушки, — покачала головой Люнь.

Будто на мужских можно, блин. Да, я сейчас поступил как говнюк в каком-то плане, но блин, забавно ведь вышло, не так ли? А если брать на чистоту, то разве она не позволяет себе слишком многое? Это я не принимаю близко к сердцу, как и не воспринимаю её слова всерьёз, но если убрать это, то она же открыто оскорбляет и унижает.

Так с чего вдруг мне не ответить чем-то подобным?

— Чё? Л-любишь?

— Полетели обратно, — вздохнул я.

— Нет-нет, погоди-ка! Раз вякнул, то вякнул! А ну быстро повторил!

— Цурико, я сказал, полетели.

— Нет-нет, ты же сейчас что-то сказал!

— Полетели.

— Другое!

— Я тебя сейчас с горы столкну, если мы не полетим, — понизил я тон, и на неё, о чудо, это подействовало. Это даже удивительно, если учесть, что она сильнее меня. Но, как я и говорил, дело не в силе, в духе…

Немного помявшись, Цурико подошла, недовольно обхватила меня под мышки, после чего мы взмыли в небо.

Первая ночь на пути назад вышла у нас… довольно своеобразной.

Я знал, что меня будут преследовать кошмары, но теперь они… изменились. Теперь, помимо забега по бесконечным тёмным коридором, где меня теперь преследовало не только демоническое чёрное облако, но и трупы людей, во сне появлялись картины моей прошлой боевой славы. Из прошлого мира.

Они спрашивали меня, висли на мне и начинали гнить.