Наследие Мортены

Эйэ вызвался донести друга домой, но и здесь их ждала неудача. Стоило привязать человеческое тело к медведю, как Баар снова бесконтрольно совершил оборот, не приходя в сознание и обмякнув на спине Эйэ.

Решено было наломать лапник и сделать волокуши с учётом размера Баара в обороте. Чем дольше они добирались, тем чаще совершались трансформации. Племянник метался в беспамятстве между двумя ипостасями, а Бэрил не знал, что и думать. Такое он видел впервые. На трансформацию тела в зверя и обратно организм затрачивает колоссальное количество энергии.

Поэтому частый бесконтрольный оборот — это прямой путь к истощению и смерти. Если телу неоткуда пополнить энергию, то оно просто погибнет в любой из форм.

Когда Баара передали на руки врачам, обороты только участились. Медики в первую очередь проверили раны, но ни оборудование, ни визуальный осмотр ничего не дали. Кровь запеклась, что было, по мнению медиков, хорошо, а вот причина бесконтрольного оборота так и не была обнаружена. Более того, сами обороты стали частичными, трансформировались разные части тела и с разной периодичностью.

Пока Бэрил давал распоряжения о размещении семьи Эйэ и отчитывался перед братом, предвестие беды накатывало волнами, обостряя и без того раздражённые до предела чувства. Прервав на середине поток яростных нотаций Киитэрэя, Бэрил выбежал вон из кабинета и понёсся в госпиталь. В медчасти было слишком тихо. Весь медперсонал лежал в беспамятстве, тела их сотрясали судороги.

«Неужели кто-то проник в госпиталь, чтобы завершить начатое?» — мелькнула страшная мысль.

Бэрил в ужасе рванул к палате племянника, но услышав тихий шёпот, резко затормозил и не стал в порыве врываться в палату. Чуть приоткрыв дверь, ирбис в ужасе увидел, как Евгения, стоя на коленях у больничной койки, кромсала Баара скальпелем, словно при разделке дичи, и выбрасывала лишние куски на пол.

Всё это сопровождалось методичными покачиваниями и сипением:

— Испортилось мясо, надо спасать!

Руки девушки и больничная рубашка были в крови, немаленькая лужа набежала на пол, стекая по локтям, животу и бёдрам.

Но в шок повергала даже не эта сюрреалистичная картина. Баар был в сознании и неотрывно смотрел, как его режут.

Стоило Бэрилу дёрнуться в сторону маньячки, как он услышал в голове едва различимый приказ племянника:

— Стой. Жди.

Баар периодически проваливался в беспамятство, но обороты происходили всё реже, то ли от нехватки сил, то ли... Не сразу, но Бэрил рассмотрел две наполовину затянувшиеся раны.