Путь к свету

Вопреки моему ожиданию, зеленолобый не рухнул на землю в беспамятстве. Кошку, он правда, отпустил, но потом повернулся ко мне и угрожающе распахнул рот, готовясь выложить еще один нецензурный перл. Надо повторить. Оглобля, руководимая моими руками, с треском опустилась на голову орка и развалилась на части. Серог опять не упал. Да что же это творится, люди добрые!

Я выхватил меч и приставил острие к шее, постаравшись слегка вонзить его в кожу.

- Не надо, - попросил Серог.

- Ты покушался на мою кошку – знак волшебства, - угрожающе сказал я.

– Ты покусился на самое ценное, что у меня есть.

- Извини, - без всяких следов раскаяния в голосе попросил орк.

Да я бы тебя простил, но ты же опять нападешь на Мявку и эта попытка может оказаться удачной. По твоей наглой зеленой морде видно, что ничего ты не понял и никого не извинил. Придется сыграть роль безжалостного убийцы с плохим чувством юмора.

- Еще один раз нападешь, убью.

- Хорошо, - безмятежно сказал Серог. Мявка сердито зашипела, тоже не веря ему.

Я убрал меч в ножны и отвернулся от него якобы собираясь уйти.

Но затем резко повернулся. Орк широко снисходительно улыбался в мои спину, решив, что обманул дурачка. Наивный зеленый лягушонок.

Меч мгновенно оказался у шеи Серога. На этот раз с другой стороны, но орку это не поможет.

- Другой раз наступил.

Наконец-то орк растерялся. Меч колол ему шею, это он еще мог вытерпеть, но провоевавший не один год, Серог понимал, что достаточно несильного движения меча, и шея будет проколота, а больше и не требуется.

В родной деревне, на шесте у входа в семейную юрту появится полоска зеленой кожи, которой почтут родители своего погибшего сына. А через полгода ее сожгут, знаменуя его окончательный уход из жизни.

- Я клянусь божественной силой Ырта, что больше никогда не нападу на твою кошку, - произнес положенную клятву Серог. Он пропустил из клятвы меня, но я ему простил оговорку. У меня хватит умения сделать из орка восемьдесят килограммов хороших удобрений.

Ырт был верховным племенным богом орков.

Солнцеликого – божественного покровителя людей – они тоже признавали, но как верховного бога, слишком занятого глобальными проблемами, чтобы снисходить к ним при решении повседневных вопросов. Поэтому в большинстве случаев за помощью обращались к Ырту. И клялись только им. Серог справедливо считал, что Солнцеликому нет дела до зеленокожего пройдохи и обратился к более мелкому божку, являвшимся не более как вознесенным за особые заслуги на небо орком.