Путь к свету

Употреблять спиртное они могли всегда и в любом количестве.

Я компанию им не составил. Недавно съеденное еще переваривалось, да и слишком уж пьяно орали из таверны. Быть трезвым в окружении пьяных – худшее положение.

Арман гордо протянул мне листок с рукописным текстом и жирной печатью в конце.

- Вот, - сказал он, - теперь ты свободный поданный Майдорского королевства.

Мой предшественник в этом теле мог читать. Правда, весьма бегло, видимо их в кадетском корпусе акцентировали больше на физические занятия, чем на образование.

И я кое-как одолел небольшой тест. Арман не обманул – это действительно был своего рода паспорт, удостоверяющий мою личность.

- А это за орков, - протянул он два серебряка и горку медяков. – Пятнадцать медяков пришлось уплатить нотариусу.

Однако же, дороговаты здесь услуги крючкотворов!

Пока Арман объяснил мне специфику местного делопроизводства и юриспруденции, Мявка куда-то исчезла. Серог ушел пьянствовать, только это немного успокаивало. Иначе я бы решил, что кошка переваривается в желудке орка, став частью пищевой цепочки.

Но все же, где этот хвостатое скопище магии?

Я прошел, разглядывая содержимое повозок, благо их немного. Здесь ее нет. Где еще можно спрятаться?

Мое внимание привлекло одинокое дерево. Если и там не будет…

Мявка обрадовалась мне, привлекая истошным воплем, еще до того, как я ее увидел. У ней был небольшой пунктик – она комплексовала от своего маленького роста и всегда, когда представлялась возможность, поднималась выше меня по дереву, столбу, забору и так далее.

Вот и сейчас она балансировала на ветке чуть выше моей головы. После победных приветственных воплей, Мявка начала ритуальную ругань. Судя по мяву, напоминающему вопли мартовского кота, Мявка сообщала всю правду – матку о моем происхождении, крайне низком моральном и политическом уровне и нечестивом будущем. В конце она стандартно предложила мне плюнуть на все, и, как и полагается нормальной кошке, выйти и сразиться в честном бою.

Глаза горели от предвкушения схватки, пасть была открыта от притворной ярости.

Прямо-таки валькирия в кошачьем мундире. Играть хочет. Придется уважить.

Но перед этим я обошел обширное дерево и огляделся в поисках возможных врагов. Осторожный живет дольше. Мявка, видя, что я прошел мимо, жалобно замяукала, но я вернулся. Обрадованная кошка повторила заключительную часть ритуальных оскорблений.

Я вытянул правую руку и принялся пугать ею кошку, стараясь дотронуться до шкурки.