Путь к свету

- Однажды даже, еще десятником, мне под команду попал вампир. Но знак волшебства вижу впервые. О них столько легенд ходит. Говорят, они в размерах меняются и являются страшным оружием, которое нельзя убить ни физическим, ни магическим оружием.

- Не знаю, - затруднился я с ответом, - Мявка у меня еще очень молодая. - Я с трудом взял ее в руки. В ответ она лизнула меня в нос. – Одно могу сказать - она носитель удачи. С ней можно несколько раз выкинуть в кости шестерки.

Мявка вдруг стала вырываться из рук. Я опустил ее на землю.

Она шустро скрылась в распространяющиеся сумерки, оттуда раздался шум борьбы. Я встревожился, но Мявка уже появилась с птицей в пасти. Положила ее у моих ног, села, гордо обвела всех взглядом.

- Ой ты у меня кормилица, - погладил я ее по голове. Она замурлыкала.

- Степная куропатка! – сотник ударил себе по бедру. – Полезное животное твоя кошка. Не только магией сильна. Эта птица украсит любой стол, даже королевский.

Он помолчал, сменил разговор на более серьезный:

- Укрепляй десяток.

У нас осталось дня два спокойной жизни. А затем начнутся стычки. Я не сторонник рукоприкладства, но эти феи достали меня побольше болотной лихорадки. Поэтому я ничего не буду замечать. Даже лежащего в отключке фея, которого, как я понимаю, ты немного проучил. Не каждый день увидишь такое. Орк получше, но упрям и туп. Необходимо его хотя бы приручить к строю.

Я молча отдал честь. Поручение не из приятных, но долг дворянина обязывал. Хотя Серога научить строю, все равно, что женщину – экономии.

Возвращению соответствовало начало ужина. Разносили еду. Я купил дополнительную порцию для Мявки, подпрыгивающей на месте от нетерпения. Машк угрюмо ел свою кашу.

- Послушай, - сказал я ему, - начал ты. Я только ответил. Как ты вообще собираешься отрабатывать деньги, если не подчиняешься своему командиру. Или тебя отдать под суд трибунала?

- Так то…, - начал Машк, но махнул рукой, - а-а-а, сдаюсь. Принимай сдачу, Мявка.

Мявка одобрительно мяукнула, не отрываясь от каши.

Птицу отобрал Серог, пришедший в ужас от моего намерения отдать ее кошке. Он заявил, что только через его труп и пусть его я изобью, но птицу он сварит и разрежет на доли по количеству разумных и неразумных в десятке.

- И тебе достанется, - сказал он недовольной Мявке, - а бульона сколько будет! Очень вкусный, - подчеркнул он. Простодушная кошка пошла на поводу и облизнулась, предвкушая пиршество. Серог был такой краснобай, что хоть в доценты выбирай.