Дисгардиум 12. Единство-1

Помня уроки Кетцаля, я явился первым, а увидев проявившиеся фигуры братьев, поприветствовал:

— Здравствуйте, дон Сесар Кальдерон! Спасибо, что уделили время, дон Исмаэль Кальдерон!

Полковник молча кивнул, а его брат вообще не ответил, лишь показал на единственный стол в центре комнаты — такой низкий, что нам пришлось рассесться прямо на пол, покрытый циновками.

Минуты две Исмаэль молча сверлил меня взглядом, потом посмотрел на Сесара, прошамкал:

— Дерзкий чавал, ты говорил? Бери выше! Наглый юнец! Вижу, жизнь так и не научила его большему уважению к старшим! С чего он решил, что может вообще о чем-то просить меня? Ты его обнадежил, Сесар?

На Полковника было больно смотреть.

— Поди прочь, эрманито, — беззлобно сказал Исмаэль. — Я сам разберусь с наглецом.

— Алехандро… — Полковник кивнул мне и исчез.

Мы со старшим Кальдероном остались одни. Чему-то усмехнувшись, тот спросил:

— Ты пришел просить о чем-то старого Исмаэля? Ну так проси, не заставляй его сидеть в этом ненастоящем мире!

Понимая, как убегает отпущенное время, я быстро заговорил, рассказав о кознях «Детей Кратоса» и наемниках Галлахеров, упомянув атаку на базу и погибших друзей, пытки в Стылом ущелье и угрозы моим родителям на Луне.

Выслушав, Исмаэль сморщил и без того морщинистое лицо в кривой ухмылке:

— И с чего ты решил, что все это мне интересно? У тебя в голове ослиная моча? Или под пытками ты потерял разум и решил, что можешь быть полезен Картелю?

Чувствуя, как горят уши, я зашел с других доводов: о том, что нам всем, включая «Экскоммьюникадо», дают Спящие, как важно мне выжить и сохранить в Дисе свободу, потому что в течение нескольких следующих часов там появится Девятка, которая способна уничтожить все армии Диса щелчком пальцев, и какие несметные богатства могут быть в хранилищах «Детей Кратоса», и…

— Заткнись, — прошамкал он, поскреб подбородок и спросил: — Давай-ка подробнее о Девятке.

— Ну, не она одна. Их там всего шестеро разумных осталось, а Бездна — это всего лишь бета…

— Заткнись, — снова сказал он. Подумав, опять задал вопрос: — Говоришь, девчонка провела там десять тысяч лет и по натуре садистка?

— Не думаю, что она получает удовольствие от истязаний. У нее нет сердца, души, чувств. Ей все равно. Ей скучно и просто хочется развлечься.