Гринвуд

  - Дуги, тебе известно, что короли позволили остаться некоторым самым преданным вассалам и освободили их от клятв?

  - Здесь ши?

  - Ши? - переспросил Лиам.

  - Это как у вас пэр.

  - Здесь герцог Сильверхорн.

  - Святые небеса... - Дуги был поражен.

  - Я чего-то не понимаю? Откуда столько эмоций? - спросил Лиам.

  - Сильверхорн был главнокомандующим светлого воинства... Как вы о нем узнали?

  - Узнал Грэг. Был здесь, когда вместо пропавшего сына домой вернулось двое.

  - Двое? В смысле подменыш и человек? Значит, такой была цена защиты! Люди воспитывали подменышей. Погоди... Столько вопросов... Но Сильверхорн светлый, а светлые подкидывают ребенка только вместо мертвого.

  - Правильно.

  - А темные растят человека и потом заставляют сражаться с подменышем до смерти, чтобы один из них стал полноценным фэйри.

  - Да, только герцог решил иначе. Он оставил в живых обоих.

  - Полуфэйри. Это противоречит законам и Дуба, и Падуба.

  - Сильверхорн свободен от клятвы, устанавливает свои законы. Знаешь, кто его самый преданный сподвижник?

  - Ну не томи.

  - Голдфаер.

  - Граф саламандер! Темный!

  - Ага.

  - Рассказывай дальше.

  - Родители парней перепугались, опоили их и отвезли к ведьмоловам, чтобы те указали, какой - настоящий.

  - Но магия была поделена поровну.

  - Вот ведьмоловы и решили обоих сжечь. Тогда Голдфаер пообещал Грэгу две свободные просьбы - от себя и Сильверхорна - за каждого из спасенных ребятишек.

  - Свободные?! Немыслимо... Грэг справился?

  - Да, Сильверхорн предоставляет убежище в Хорнвуде любому магу, преследуемому ведьмоловами, сроком до четырех дней.

  - А Голдфаер?

  - Просьба к Голдфаеру открыта. Любой Месячный брат может воспользоваться.

  - Как же магистр прошляпил такой шанс? Или еще не придумал, что просить?

  - На Дикий не сообщали. Об этом знают только местные братья, нам оно нужнее.

  - Значит, просить можешь и ты?

  - И я. Верно говорю, сильф? [15]

  - Верно, человек. - Звонкий смех эхом разлился по пляжу.

  Воздух заискрился сотнями красок и явил прозрачный лик прекрасной белокурой девушки. Из одежды на ней был лишь легкий сарафан. Такой же нематериальный, как и сильфа, но под ним легко угадывались очертания тела. Сильфа подлетела к Лиаму так близко, что, будь она из плоти и крови, непременно уперлась бы носом.