Гринвуд

Но это потом, а сегодня стащу пару справочников.

  - Когда выходим?

  - Нечего тебе подставляться. Я ведь и в темноте неплохо вижу, говорил?

  - Тыщу раз, - обиженно ответил Волчонок.

  Когда ночь поглотила мир за окном, а комендант отгремел отбой деревянной ложкой о тазик, Джон достал моток веревки. Той самой, что изготавливала его семья. Веревка довольно тонкая, но свободно выдерживала обоих друзей. Лиам распахнул окно. Волчонок обвязал веревку под мышками, выбросил свободный конец в окно, уперся ногой в подоконник.

Хоть он и меньше Лиама, но сил удержать веревку хватало, да и нужно было поберечь ножки кроватей, уж больно они старые да изъеденные шашелью, еще оторвутся. Лиам натянул кожаные перчатки, ухватился за веревку и быстро проскользнул три этажа. Как только ноги коснулись травы, Волчонок втянул веревку и закрыл окно.

  Путь к домику Донована лежал через старый парк, за три года учебы изученный вдоль и поперек. Даже в темнейшую ночь парням ничего не стоило смотаться туда и обратно.

А при полном месяце и почти полной луне, когда все заливал необычный серебряный свет, не нужно было обладать ни знанием, ни зрением Лиама, чтобы отыскать дорогу.

  Лиам шел не таясь. Вряд ли кого-то можно встретить в парке ночью. По крайней мере, обычно никто не встречался. Но эта ночь была не такой. Сначала в ветвях мелькнуло несколько огоньков. Финли часто рассказывал о светлячках, но Лиам никогда их не видел. Это заставило свернуть с маршрута и углубиться в парк.

Чем дальше, тем больше огней вспыхивало то тут, то там. Синие, зеленые и желтые, они летели вглубь парка слишком быстро. Как говорил Финли, светлячки любят зависать, они медлительны, а эти огоньки проносились сквозь ветви со скоростью воробья.

  Вот один огромный, величиной с кулак, огонек изумрудного цвета пронесся над самой головой. На секунду завис на месте и, развернувшись, посмотрел на человека. То, что раньше Лиам принимал за светлячков, оказалось фэйри. Крохотная девушка в древних боевых доспехах хмурилась недолго.

Времени разбираться с чужаком не было, и фэйри поспешила прочь, жужжа яркими стрекозиными крыльями.

  Всю жизнь отрицавший пользу магии Лиам не мог не признать ее красоты. Здравый смысл подсказывал отступить и заняться куда более безопасным делом - воровством справочников. Но Лиам Гринвуд принадлежал к людям, которые в детстве хватаются за раскаленную ручку печной дверцы, дабы проверить, действительно ли горяча.