Гринвуд

  - Я могу что-то сделать?

  - Выступи в защиту. Ты помог в битве за портал, судья это учтет.

  - Портал?

  - Дуб - мост между Феерией и вашим миром.

  - А что, если признают виновным?

  - Изгонят и закроют вход в Феерию.

  - Не очень-то сурово.

  - Раньше было несурово. Тогда кругом жили аристократы, и мы питались магией вашего мира. Да раньше и не изгоняли, если смертному покажешься. Времена сильно изменились. Теперь без магии Феерии любой из нас очень быстро станет смертным.

  - Человеком? - удивился Лиам. - Фэйри может стать человеком?

  - Нет, останется фэйри, но может помереть от ран или яда, как человек. Остается только присягнуть темным. Они всегда принимали перебежчиков. Я против ничего не имею. Знавал даже парочку совершенно нормальных, но темные обязаны делать пакости людям. Обычно они выбирают негодяев...

  - Боишься, Дуги не станет перебирать?

  - Ты не видел темных паков. - Светловолосый покачал головой. - Они настолько увлекаются, что шутки могут закончиться смертью.

Пока король Падуб не отправился на Дикий континент, держал подчиненных в узде, но сейчас темные распоясались не на шутку.

  - Так Падуб сбежал вместе с Трусливым королем?

  - И наш Дуб тоже. Короли фэйри тесно связаны с человеческими. После смерти ализонийского и рукийского королей остался только один монарх, за которым следовали люди.

  - Трусливый король.

  - Правильно.

  - А почему...

  - Позже, - перебил Лиама Комнол.

- И так узнал о фэйри столько, сколько не узнавал ни один бримиец за последние шестнадцать лет. Суд скоро начнется. Поможешь тому, кто спас тебе жизнь?

  - Сказано так, чтобы я чувствовал вину, если откажусь.

  - Именно этого я и хотел, - признался светловолосый.

  - Кто он тебе?

  - Сын. Родился восемнадцать лет тому назад. Во времена, когда начали появляться первые крысы-охотники. - Последнее слово Комнол произнес, будто плюнул.

Ненависть - но Лиам мог понять и как тревогу за сына.

  - Где одежда?

Глава 22

Зал суда оказался огромным. Казалось, здесь собрались все, кто участвовал в битве за дуб, и еще столько же. Фэйри украдкой косились на Лиама, сидевшего во втором ряду за обвиняемым, и от этого становилось не по себе. К тому же весь зал перешептывался и гудел как улей. Сказочный народ предстал перед Лиамом в новом виде. Узнать их род можно было, только сильно присмотревшись.