Своя игра - 5. Трижды проклятый

Их судьба была одинакова: материализоваться на несколько недель, дней или даже часов, и вновь кануть в небытие.

Все, что я мог сделать для крысоволка, — прервать его мучения. Глубоко вздохнув, встал и вытащил меч. Долго не решался занести его над обезображенным телом. Господи, никого мне еще не было так тяжело убивать.

Почему? Почему я стою и жалею мерзкое чудище, которое у любого вызвало бы лишь ужас и отвращение?

Ну, Иван! Один удар. Всего один.

Дженкуир вспыхнул голубым. И тут же потемнел, будто потухшая головешка.

Я медленно опустил его и сунул в ножны. Поздно проявлять милосердие. Пока я собирался с духом, крысоволк умер. Спустя некоторое время его труп расползся слякотью, которая впиталась в скалу как в промокашку.

Я отошел в сторону и уставился в стену тоннеля, словно хотел пробурить ее взглядом. Чего так хреново-то? В чем проблема?

А вот в чем: только что скончался мой близкий родственник — последний из десятков тысяч, погибших наверху. И я скорблю по нему, как и положено скорбеть по родственнику.

В Версуме я та же химера. Меня здесь быть не должно. Мое существование во Вселенной Дагора не предусмотрено. Я никак не мог бы попасть сюда по правилам, и я живу не по правилам. Но — минуточку! — я пока не сдох, как этот крысоволк. И не сдохну, даже не мечтайте!..

Я отвернулся от стены и глянул на Люца, подумав, что следовало бы раздоспешить его и почистить… Так ведь нет необходимости возиться. После полного восстановления мы с ним не только стопроцентно здоровые, но и безупречно чистые, словно только что из душа.

По прошлым случаям восстановления знаю.

А чем тогда еще следует заняться прямо сейчас, не откладывая?

Еда у нас есть — в зоне из припасов пока ничего не израсходовали. Воды мало. По Гинкмару же шли, не по пустыне. В лесу повсюду были ручьи, родники, речки, и держать при себе большой запас я считал излишним. А имевшийся мы на две трети потратили во время путешествия под дождем из огненного пепла. Хотя попили всего однажды. Конечно, это в основном Люц постарался.

Хлебает-то он о-го-го!

— Прислушайся! — призвал меня конь.

Я последовал совету, и сквозь густую тишину тоннеля до меня донеслось тихое, но отчетливое «кап-кап-кап». Какое только расстояние до источника звуков? Под землей они передаются не так, как на поверхности…

— Кажется, впереди что-то капает? — решил подтолкнуть меня к деятельности Люцифер.

— Слюна у кого-то из пасти, — буркнул я. — Мы с тобой аппетитно выглядим. Свеженькие, калорийные, непочатые.