Звезда Сварога: Быль первая

Яромир перекатился через тело бородача, подхватил с земли его меч и атаковал на опережение.

Беззубый смог отбить первый удар, но второй пришелся ему на руку, разделив кисть, сжимающую рукоять меча, пополам. Не успел меч беззубого коснуться земли, как третий удар Яромира достиг цели.

Беззубый, разрубленный от плеча до пояса, рухнул рядом с главарём.

Из телеги донеслось тихое хрипение, и одноухий с окровавленным ножом в руках прыгнул на Яромира, стоящего к нему спиной.

И на это Яромир успел среагировать.

В воздухе он перехватил неуклюжего одноухого и придал его полёту ускорения.

Столкнувшись с землей, шея прыгуна издала страшный хруст, а голова вошла глубоко в плечи.

Сердце колотилось, всё тело охватила приятная дрожь битвы.

Сейчас Яромир чувствовал себя в своей стихии.

Он огляделся и выдохнул. Разбойников вокруг него не осталось.

Только сейчас Яромир вспомнил про подоспевшего на помощь воина и было бросился ему на помощь, но быстро понял, что ему это ни к чему.

Высокий худощавый мужчина в годах, замотанный в грязные, засаленные лохмотья и такой же повязкой на глазах лихо орудовал посохом, заставив Яромира застыть от изумления и наблюдать.

Старец обезоружил одного, сбил с ног прямым ударом в лоб второго и рубящим махом вернулся к первому, отчего тот сделал кувырок в воздухе и упал без сознания. Старый воин вернулся к единственному оставшемуся разбойнику, пытавшемуся подняться на ноги, и коротким движением свернул ему шею.

Злость Яромира угасла так же быстро, как и закипела.

Он вдохнул, выдохнул и огляделся: кроме него и слепого воина вокруг больше не было никого живого.

Яромир опустил взгляд на руки – они оказались по локоть запачканы в человеческой крови. Его замутило, ноги подкосились.

На глаза попался Кова, по голове которого будто попала под тяжеленный кузнечный молот.

Яромир, чтобы удержать равновесие, опёрся на телегу и не смог сдержать рвотных порывов.

Никогда до этого ему не приходилось применять свои умения на людях...

Старый воин, постукивая стальным наконечником посоха по дорожным камням, медленно подошёл к Яромиру и положил руку на плечо.

- Добрый птенчик, добрый! – хриплым голосом заговорил слепой старик. - С трусами и душегубами так и нужно: железной рукой и крепким духом. Насильники и братоубийцы. Не питай к таким жалости. Ты сделал, что должно. Славно бьёшься ты, птенчик, славно!

Яромир отёр рот и заглянул в телегу.