Звезда Сварога: Быль первая

- Дак, чего тогда так старательно ото всех прятаться, причем где-то под самым нашим носом?

– Нелюдимый он – это да, но, чтобы «колдун»… Ха-х, деревенщина, наговорите… А раз найти не можете, то ваша проблема! Плохо ищете...

Они остановились на пустыре, оставшемся после одного из перенесенных прошлой зимой дворов. Яромир опустил бочку с затёкшего плеча на землю и сел сверху, приняв кружку от Ермолы.

- Мы же тебя и не ждали. – Ермола наполнил себе кружку и долил Яромиру. – Думали, что старик опять своего ненаглядного птенчика не отпустит.

- Сам не ждал. – тяжело выдохнул Яромир.

- Но Ерёма, всё-таки, бересту на алтарь, сносил.

- Отцу что ли алтарь смастерили? – от удивления бровь Яромира приподнялась сама собой.

- Смешной ты - Таре. Там, на пне заветном, мы ей прошения раньше оставляли, теперь вам...

- Дела... – Яромир задумчиво почесал щетину. - Шестнадцать зим прожил и не знал, как до отца вести доходят. И, вообще, он же всё твердит, что никаких богов нету, а сам к алтарю ходит...

- Как это нет? - возмутился Ермола.

– Не было бы богов, не было бы ни нас, ни нечисти, не даже вот – медовухи. Прячутся они и всегда за нами приглядывают! На то они боги, чтобы люд простой в их дела не вмешивался.

- И ты веришь?

- Дак как же не верить? Старик Веня, вот, говорит, что во что-то вера быть да должна. Иначе без веры нам всем - всё… - Ермола сделал смешную гримасу покойника. - Мы вот в Ладу, в Живу, Тару и Даждьбога верим, но больше всех – в Велеса. Давеча, буквально вчера, сам Рознег корову волхвам отдал.

В жертву её и принесут, на двенадцатый день.

- И что – поможет? – с недоверчивой улыбкой спросил Яромир.

- А как же? Отец Велес радуется, и скотина не мрёт, и с полей урожай о-го-го какой! А давай за Велеса выпьем?

Ермола протянул кружку. Яромир поддержал, после чего поднял бочку на другое плечо, и они пошли дальше.

- А как вы так вовремя подоспели?

- Как, как? Проводили значит Ерёму. Только кружку ко рту поднёс, как гляжу – рыжая мимо несётся, сломя голову, к дому Гривы.

Чую – беда. Глядь по сторонам – и тебя нет. Думаю, всё, проглядел! Что есть мочи за ней погнался, даже Добромилу кувшин с киселём, прямо на новые сапоги опрокинул. Он хотел мне оплеуху выписать, да не тут-то было! Я ж вон какой шустрый! По самой же нелепой случайности так вышло… Ну и по пути я тогда вот это прихватил.

Ермола хлопнул по кнуту, все ещё обвязанному вокруг живота.

- А что? Стременной так ужрался, что ему уже и не надо было.