Звезда Сварога: Быль первая

Яромир вытряс из находки оставшуюся тину, накинул цепь на плечи и, воодушевленный, побежал на холм, со стороны которого не переставал доноситься рёв водяного.

Яромир добежал до костра и встал в ступоре, раскрыв от удивления рот.

То, что осталось от водяного, чавкая и хрипя, обволокло тушу Сизого.

Его кости ужасающе захрустели, а то, что осталось от туши, судорожно билось в конвульсиях и вертелось в грязи.

Кожа рвалась, оголяя кости, которые тут же обволакивала тина и грязь.

Водяной вот-вот обратится, и Яромиру следовало поторопиться…

Он же только и мог, что завороженно наблюдать, как водяной принимает новую форму.

Здесь, на этом островке земли в море тумана, Яромир чувствовал себя в полной безопасности и недосягаемости, да и что толку лезть в воду, когда там его ждёт «такое» …

Спустя несколько мгновений водяной полностью поглотил тушу Сизого и скрылся в болоте.

Вновь воцарилась гнетущая тишина.

Яромир же замер в предвкушении.

Как он и ожидал, водяной вынырнул из воды неожиданно, у самого края холма, разметав грязь в разные стороны, пуще прежнего заляпав и так грязного Яромира.

Хоть тварь и не могла достать Яромира, но даже одного её вида оказалось достаточно, чтобы по его спине снова пробежал леденящий озноб.

Тварь вымахала ещё выше и больше, на вид став ещё и свирепей...

Вновь на месте оказалась правая лапа, а вместо второй - на костях болталась голова Сизого, мерзко щёлкающая пастью.

Пепельная конская шкура отвратительно обтянула череп и части гнилого тела водяного, вызвав у Яромира новый приступ тошноты.

Чудище неистово ревело и сумашедше махало конечностями, безрезультатно пытаясь дотянуться до Яромира из воды.

Он оказался прав: водяной попросту не мог ступить на сухую землю.

- Землицы, значит, сухой боишься, рожа? – Яромир вытер лицо сухой тряпкой из купеческого сундука. – Хорошо, как скажешь, будет тебе землица...

Яромир поднялся повыше на холм и принялся сильно раскручивать цепь, сбивая сухие дубовые ветки, которые затем подбросил в костёр.

Торопиться некуда – тварь, как и он, явно жаждала продолжения схватки.

Топор и железный меч Яромир разложил на верху, чтобы были в близкой до них досягаемости. Там же Яромир оставил и найденный серебряный меч.

Всё это время водяной настойчиво ревел, размахивал конечностями, но в болото не возвращался. Непонятно почему Яромир чувствовал ярость чудовища. Он ощущал в нём что-то знакомое, но одновременно настолько далёкое, вызывающее такую же ответную злость.