Звезда Сварога: Быль первая

А он, весь такой притворный спаситель, тогдашнему старосте мысли попутал, заворожил, я-то знаю, всё знаю… Прилюдно в меня пальцем тыкал, гадкими словами называл, а они все кивали ему и верили! Меня же не сожгли только потому, что всем помогала… Понимаешь? Я людям жизни спасала, а со мной вон как… Только не моих это рук дело, хоть на чём тебе поклянусь!

- Ну же, бабушка, - Яромир осторожно приобнял старушку за плечи, в надежде хоть как-то успокоить. - милая, не роняй горькие слезы… Разве ж мог мой отец...?

- Ничегошеньки ты о нём не знаешь! Но я всё тебе расскажу! Мне податься совсем некуда было.

Жив был тогда плотник Феодор, муж мой - покойничек. Я его от хвори излечила, он за мной в лес пошёл. Дом построил в этой глуши, сына родили и дочку. Сыночка родного болото забрало ещё маленького, а дочка ушла, как мужа не стало… А теперь - сам видишь, что тут сталось. Одна-одинёшенька… Руки уже совсем работу не дюжат.

Жалко стало Яромиру старушку.

- Да разве же мог отец честную женщину оклеветать? Быть того не может! В жизнь не поверю!

- Значит, не веришь, да?! – старушка вытерла лицо от слёз рукавом платья и, с обиженным видом, вернулась к вязанию.

– Много ли он о себе рассказал? Кем он был до того, как в чаще обосновался?

Яромир попытался уловить хоть одно из хаотично всплывающих воспоминаний из детства, но всё оказалось тщетным.

А ведь правда, старик ни разу не говорил ни о своём детстве, ни о молодости.

Ни единого словечка о своём прошлом.

Почему он стал отшельником? Почему Траян такой? Откуда ему столько всего известно о тёмной силе?

И самое главное: почему старик так усердно прятал Яромира от мира.

К чему так рьяно и упорно его готовил…?

- То-то и оно, мой хороший… Я всё про него знаю. Все его секреты и тайны! Только, кому расскажешь – никто не поверит. Я старалась! Я кричала об этом, падала знатным мужам в ноги, но те лишь смеялись и гнали меня взашей! За чудную принимали, умалишённую! Но нет, нет! Я всё вижу ясно, как чистый лист и мне страшно, Яромир, жуть, как страшно! Его ворожба сильнее, гораздо сильнее моей.

Могуч колдун, душою чёрный, силою злой взращённый! В миг со свету сживёт и ухом не поведёт, коли ещё раз сама против него пойду, душегуб несчастный!

Яромир чувствовал смятение, едва сдерживал злость, волной накатившую на него от непонимания, где-же теперь кроется настоящая правда.

Да, старик был суровым, но всегда справедливым, и, в тоже время – полон тайн.

«Не мог же отец так...