На службе империи

Причём именно полной латной, а не кольчато-пластинчатой, как было у нас, при бое с лютомедведями, слишком уж дорога была полная броня.

На груди у него был выгравирован Тиир с восемью исходящими лучами. В месте крепления наплечников были изображены печати с лентами, в центре которых была I. На левом плече изображена пентаграмма, причём с защитными символами. На правом семиконечная звезда и символы, направленные на усиление. Семиконечная звезда хоть и редко используется, но она всегда направлена на увеличение силы или непосредственно на саму магию что должна уничтожить или разрушить.

На перчатках были изображены семиконечные звёзды с рогатым черепом в центре вместо символов. За плечами развивался серый плащ, и когда он подошёл к своему ученику и отпустил того обратно на патрулирование, на плаще стал виден красный щит с той самой семиконечной звездой и рогатым черепом в центре. И звезда, и череп были желтоватого, я бы сказал костного цвета.

- Ого, ты глянь Вар. Старший сотник ордена – а потом прошептал тем самым шёпотом, который слышат все – о-очень важный хрен!

- Я всегда думал, что зря мы тогда спасли одного из зачинщиков того события и участника ритуала.

Тогда ещё очень перспективного, а по словам некоторых, даже гениального профессора ритуалистики высшей имперской академии. Я ничего не забыл, хранитель секретов и член четвёртой из пяти особых штурмовых групп внутренней стражи?

Всё это время пока незнакомец рассказывал о Психе, тот жестикулировал и кричал, и всячески пытался заткнуть его.

И это всё под всё нарастающее напряжение и потерю возможности говорить под конец. Более того он даже стал что-то там чертить, и опомнился лишь когда сотник замолчал.

- Тааак, что тут у нас? – он стал разглядывать начерченное, а затем поднял на Психа крайне недовольный взгляд. – Тварь неблагодарная. Ну ладно мы бы тут сдохли, а тебя ждало бы посмертие ещё хуже, чем оно есть, но ты понимаешь, что твоё «творчество» задело бы и столицу, а также уничтожила бы барьеры что за стенами. – С каждым словом сотник наступал и голос его становился всё громче, ну а мой брат по оружию отступал, запинаясь, падал, вскакивал и снова пятился назад.

И почему-то он явно не хотел упустить взгляд чужака.

- Кхм-хкм – решил я привлечь к себе внимание, но оно прозвучало как слабое блеяние, на фоне которого звучала отдалённая гроза. Тогда я подошёл и попытался поставить руку на плечо сотнику, на что тот махнул ей в мою сторону, и я отлетел назад, упав на спину и пытаясь вдохнуть.