Выход Силой

Теперь этим будут заниматься только Капоны, или никто.

- Принимаю ваше служение, славный род Капон, - прокаркал я вмиг пересохшим горлом. И сложил ладони лодочкой. В которые седой как лунь Зерах Моимович тут же вложил свои сухие морщинистые, неожиданно тяжелые, руки. – Отныне и вовеки веков. Пока жив хоть один Летов, вы не будете знать нужды, и вам не будет грозить опасность.

У нас были и другие слуги. Мои старики-воспитатели, например, как раз из таких. Жаль только, что их семьи, пройдя вместе с моим родом через тридцать три несчастья, практически исчезли.

Еще один род, куда более многочисленный нежели мой или стариков, после пропажи отца… Как бы это высказать по тактичнее… Самоустранился. Они жили где-то в горах Алтая, чем-то занимались, женились, рождались и умирали, но все это без участия господ. Вне моей жизни и моих интересов. У Капонов так не выйдет. Великий план огромен, и подразумевает, в том числе, возвращение рода в столицу, ко двору императора. Не в придворные, нет! В свет, в самую гущу аристократической жизни. Целая банда матерых юристов должна будет существенно облегчить мне выход из небытия, и обеспечить неотвратимость воздаяния.

- Мозес, - едва успев подняться с колен, перешел к делу Арон Давидович. Указывая на своего родственника. – Готовит документы по первому пункту. Это самый важный этап. Без него все остальные лишаются смысла.

- Согласен, - милостиво кивнул я, усилием воли выныривая из мечтаний о грядущем.

- Однако мы полагаем, что он же и самый простой в исполнении.

В судебной практике достаточно прецедентов, и имперский суд, наверняка, примет нужное вам решение. Далее…

Арон называл этап большого плана и того человека, кто станет им заниматься. От первого, до последнего пункта. От простого к сложному, пока все до единого будущие дела не оказались распределены.

- Есть еще кое-что, - изобразил маску грусти старый прохиндей Зерах Моимович. – В суде может всплыть вопрос о судьбе вашего несчастного батюшки. Осмелюсь напомнить, господин, что до настоящего времени так и не выяснено до конца, был ли он лишен жизни в то роковое утро.

Было бы не лишним с вашей стороны проявить некоторую активность в выяснении обстоятельств пропажи их сиятельства Рутгера Вальгардовича…

- Его милости, - чуточку поморщившись, поправил я. – Мой отец был слаб. Верхняя грань зеленого уровня. Не более… Но я рад, что вы напомнили мне об этом… Моя… Супруга моего отца десять лет назад нанимала соответствующих специалистов.