Выход Силой

Будучи хранителем главной достопримечательности и предмета гордости Египта того времени, ученый уговорил фараона Птолемея Четвертого сделать перепись населения страны с точной фиксацией всех одаренных и уровнем их Силы. Измерять потенциал в то время уже отлично умели – Эратосфен, хоть и считался, как и Аристотель, философом школы Птолемея, жил все же несколько позже.

Кроме того, в библиотеку были доставлены сведения обо всех имеющихся в стране природных источниках Силы, местах обитания и количестве проживающего там волшебного народца и измененных магией зверей.

Площадь Египта ученый высчитал достаточно просто. Ну, для выдающегося географа, это действительно не могло стать проблемой. Потом Эратосфен попросту разделил сумму потенции Силы всех обитателей Египта на площадь ее территории. И наказал ученикам делать такое не реже чем раз в десять лет. Тогда-то и выяснилось, что, не смотря на войны, болезни и переселения, количество Силы на единицу площади не менялась. Последователям Великого Хранителя оставалось лишь умножить полученный коэффициент на общую площадь Ойкумены.

Понятное дело, число неоднократно уточнялось. Времена менялись. Эпоха географических открытий расширила горизонты, а космический век и вовсе отодвинул их за пределы Солнечной системы. Специальные, выведенные на орбиту, спутники поставили последнюю точку в тысячелетнем споре. Общий объем имеющейся на планете Силы был окончательно определен. Триста шестьдесят пять на десять в шестнадцатой степени al. Гигантская, просто колоссальная цифра, к вящему сожалению многих страждущих, размазанная относительно равномерным тонким слоем по всей поверхности Земли.

Включая дно Океана.

Если зайти в специально созданный раздел Сети, где в режиме реального времени отображались данные со спутников о напряженности магического поля на поверхности земного шара, да еще максимально приблизить карту, сразу становится понятно, что равномерность слоя весьма условная. В каких-то местах алым пылали пятна природных аномалий, или точки родовых цитаделей древних и могущественных аристократических семейств.

Насыщенными кляксами столицы и мегаполисы отличались от провинциальных чуть розовых местечек. Где-то безжизненным белым отмечались пятна полностью лишенные Силы. А так-то – да. В масштабах материка, или даже просто большой страны, вроде Руской Империи или Великого Рима, цвет становится равномерно желтым.

Сейчас, два с половиной тысячелетия спустя эпохи Эратосфена, его открытие – общепризнанный факт.